10.12.2010
“Дело врачей” было кульминацией антисемитской кампании, развернутой по указанию и под руководством Сталина. В воздухе запахло погромами. После публикации сообщения об этом деле евреи почувствовали себя просто беззащитными. Было много случаев избиения евреев под крики: “Американские шпионы!”, “Диверсанты!”, “Отравители!”. В Киеве нескольких человек под эти крики на ходу выбросили из трамвая. Врачам-евреям вообще невозможно стало работать. Пациенты даже обнюхивали рецепты, которые им выписывали и спрашивали: “А это лекарство не отравлено?”. Евреев выкидывали с работы, а новую найти никто из них не мог. Евреев просто не принимали на работу, даже на должность сантехника.

И вот в разгар антисемитской кампании умер Иосиф Сталин. Были евреи, которые считали, что он – последняя преграда на пути антисемитов, последняя надежда. И теперь даже надежда на улучшение положения исчезла. Хотя, конечно, многие хорошо понимали, что в СССР все делается с разрешения и одобрения Иосифа Виссарионовича.

Страна замерла. Все понимали – перемены неизбежны. Но что эти перемены несут евреям? И вдруг через несколько дней после смерти “великого вождя” стало известно, что первым заместителем министра внутренних дел Украины назначен генерал Соломон Мильштейн. Об этом не сообщила печать, но весть мгновенно разнеслась. И это был “луч света в темном царстве”. Впечатление от назначения Мильштейна на евреев можно сравнить с резонансом на последовавшее потом сообщение МВД СССР о том, что дело врачей – это преступная фальсификация и врачи – честные советские граждане и видные деятели отечественной медицины.

Вот так присланный Берией чекист генерал-лейтенант Мильштейн, стал на короткое время олицетворением надежды евреев Украины, да и всего Советского Союза, на лучшее будущее и на более спокойное настоящее.

* * *

Расскажем о нем чуть подробнее.

Соломон Рафаилович Мильштейн родился в 1899 году в Вильно. Отец его был кровельщиком. Он стремился дать сыну хорошее образование. Соломон учился в начальном училище при Виленском еврейском учительском институте и в Виленской гимназии, которую окончил в 1920 году. В том же году вступил в ряды Красной Армии. Он работал в продовольственной службе различных частей. В 1922 году переведен в ОГПУ. Сначала служил в Особом отделе 11-й армии. Затем в Особом отделе Закавказского ГПУ и Кавказской Краснознаменной армии. Там судьба его впервые свела с Лаврентием Берия. Тому Соломон понравился – грамотный, расторопный, исполнительный. Не так уж много времени на Кавказе, а успел довольно прилично освоить грузинский язык и этим очень гордился. Знает и другие языки.

В 1927 году Мильштейн переходит на работу в ГПУ Грузии, которое возглавляет Лаврентий Павлович. Одновременно работает в секретно-политическом отделе полномочного представительства ОГПУ по ЗСФСР. (В состав Федерации входили Грузия, Армения и Азербайджан). Начальником этого отдела был тоже Берия. В мае 1929 года Соломон был принят в члены ВКП(б).

Лаврентий Павлович приблизил к себе Мильштейна, полностью ему доверял и продвигал. В 1931 году Лаврентий Берия становится первым секретарем ЦК Компартии Грузии. На должность помощника первого секретаря назначается Соломон Мильштейн. Берия его очень ценит. С февраля 1932 г. Мильштейн – зав. секретным отделом, а с февраля 1934 г.- заведующий Особым сектором ЦК КП(б) Грузии. Одновременно он возглавляет Комитет по физкультуре и спорту при Совнаркоме Грузии.

1937 год – “большой террор” в разгаре. Однако под опекой Лаврентия Павловича Берия партийная карьера Соломона Мильштейна продолжается. С ноября 1937 г. – он первый секретарь райкома в одном из районов Тбилиси, а с сентября следующего года – третий секретарь Тбилисского горкома партии (См. К.Залесский “Империя Сталина”, М., “Вече”,2000).

В декабре 1938 года, после того как Берия возглавил НКВД СССР, он вспомнил своего исполнительного помощника, вызвал его в Москву и 29 декабря назначил заместителем начальника следственной части НКВД. А через три месяца Соломон Мильштейн стал начальником только что созданного Главного транспортного управления НКВД СССР, руководил организацией аппарата нового ведомства, комплектовал преданными кадрами, разрабатывал его задачи, основные направления работы. Транспорт работал плохо, недостатков хватало. Много случаев аварий. Легче всего было объяснить все это происками врагов. В прессе опять замелькали сообщения о диверсиях, о вредительстве на транспорте. Полетели головы некоторых начальников и не только начальников.

26 февраля 1941 года Мильштейн стал начальником в только что созданном в Наркомате госбезопасности НКГБ СССР важнейшего 3-го (секретно-политического) управления. Однако уже через две недели 11 марта назначен первым заместителем наркома лесной промышленности СССР. В архиве сохранился такой документ в связи с этим назначением. Берия и Маленков пишут письмо на имя Сталина и Молотова:

“Вопрос о руководстве Наркомлеса необходимо решить сейчас, так как организация лесозаготовок, вывозки леса, предстоящий сплав леса требуют большой и напряженной работы Наркомата, чего нельзя достигнуть без руководителя. И.о. наркома т. Салтыков явно не справляется с работой. Из числа работающих сейчас в НКлесе руководящих работников трудно подобрать кандидатуру на должность наркома. Поэтому считаем возможным назначить руководителем Наркомата лесной промышленности работника, хоть и не знающего лесного дела, но способного организовать и перестроить работу Наркомлеса.

В качестве народного комиссара лесной промышленности СССР представляем на Ваше рассмотрение кандидатуру Мильштейна С.Р., работавшего последние полтора года начальником Главного транспортного управления НКВД СССР (сейчас работает в Наркомате госбезопасности). Товарищ Мильштейн около 12 лет работает в органах НКВД, 6 лет был на партийной и советской работе. Берия, Маленков”.

На этом документе Сталин написал такую резолюцию:

“Предлагаю назначить Мильштейна первым заместителем при и.о. Наркома Салтыкове. Посмотреть месяца три-четыре, дать за это время войти в дело Мильштейну и лишь после этого ставить вопрос о наркомстве Мильштейна. И.Сталин”.

Когда началась Великая Отечественная война, НКВД и НКГБ вновь объединились в единое ведомство. Берия сразу же забрал Мильштейна к себе поближе, его назначил первым заместителем начальника Управления особых отделов НКВД. При этом еще несколько месяцев он оставался заместителем наркома леспрома. Именно управление Мильштейна стало во время войны важнейшей спецслужбой – оно руководило контрразведкой в армии, следило за политическим состоянием войсковых частей. (Позже, в 1943 г., на базе этого управления была создана контрразведка “Смерш”).

Многие российские и западные историки в работах о войне приводят составленную и подписанную Мильштейнм справку от 10 октября 1941 года, направленную наркому внутренних дел Берии. Она озаглавлена так: “О количестве арестованных и расстрелянных военнослужащих, отставших от своих частей, бежавших с фронта”. В этой справке читаем:

“С начала войны по 10 октября сего года Особыми отделами НКВД и заградотрядами войск НКВД по охране тыла задержано 657364 военнослужащих, отставших от своих частей и бежавших с фронта. Из них оперативными заслонами Особых отделов задержано 249969 человек, заградотрядами войск НКВД по охране тыла – 407395 человек.

В числе арестованных Особыми отделами:

Шпионов – 1505, диверсантов – 308, изменников – 2621, трусов и паникеров – 2643, дезертиров – 8772, распространителей провокационных слухов – 3987, самострельщиков – 1671.

По постановлениям Особых отделов и приговорам Военных трибуналов расстреляно 10201 человек, из них расстреляно перед строем – 3321 человек.

Справка подписана – зам. начальника Управления Особых отделов НКВД СССР, комиссар госбезопасности 3 ранга С.Мильштейн”.

24 сентября 1942 года Мильштейну было поручено хорошо известное ему направление работы – транспортное управление НКВД СССР (с мая 1943 года – 3-е управление НКГБ СССР). Здесь он “завинчивал гайки” на железных дорогах, которые были объявлены тыловым фронтом военных действий.

В феврале 1944 года Мильштейн стал уполномоченным НКВД СССР и руководил депортацией из Кабардино-Балкарии всех балкар.

В мае 1946 года Соломон Мильштейн вновь возглавил Транспортное управление МГБ СССР. В ноябре следующего года он потерял свой пост и был переведен в систему Министерства путей сообщения. Работал начальником Казанской железной дороги. В мае 1951 года возвратился в МВД, занимал не очень большую должность в ГУЛАГЕ. (См. Вадим Абрамов “Евреи в КГБ”, М., “Яуза”, 2005).

Соломон Мильштейн был отмечен многими высокими наградами советского государства, в том числе двумя орденами Ленина, двумя орденами Красного Знамени, орденами Кутузова 1-й и 2-й степеней, орденом Суворова 2-й степени, двумя орденами Отечественной войны 1-й степени, орденом Трудового Красного Знамени и др.

* * *

За день до похорон Сталина Соломона вызвал Берия и с ходу сообщил, что министром внутренних дел Украины назначен Мешик, его первым заместителем, он, Мильштейн.

“У тебя нет возражений?” – спросил Лаврентий Павлович.

Возражений не было. Новый глава МВД Украины со своим первым заместителем отправились в Киев. Перед отъездом с обоими побеседовал Берия и дал детальные наставления. Указал на необходимость обратить особое внимание на положение в западных областях Украины. По сути, там идет гражданская война. И решить там проблемы с помощью только репрессий не удастся (с 1944 по 1952 год подверглось репрессиям до 500 тысяч человек, убито 153 тысячи человек, выслано за пределы УССР 203 тысячи). Корень зла Берия видел в том, что проводилась руссификаторская политика и открыто выражалось недоверие местным кадрам. По мнению Лаврентия Павловича, это подпитывает националистическое подполье и ведет к расширению борьбы. Вскоре по материалам, подготовленным Берией и его аппаратом, ЦК КПСС принимает постановление о положении в западных областях Украины.

Павел Мешик был также выдвиженцем Берии. После разделения НКВД в феврале 1941 года, стал наркомом государственной безопасности Украины, а после прошедшего в июле того же года объединения возглавил Экономическое управление НКВД СССР. В 1943-1945 г.г. занимал пост заместителя начальника Главного управления контрразведки “Смерш”.

Как известно, Лаврентий Берия был шефом советского атомного проекта. Службу безопасности проекта возглавлял Мешик (зам. Начальника 1-го Главного управления при Совете министров СССР по режиму).

Мешик и Мильштейн появились в МВД республики неожиданно, во всяком случае, для рядовых сотрудников это был гром среди ясного неба. Они вошли в свои новые кабинеты и приступили к работе еще до того, как их формально утвердил ЦК КП Украины.

Мешик, впервые появившись на заседании президиума ЦК Компартии Украины, удивил всех присутствующих, выступив на украинском языке. До этого все заседания проводились на русском языке. Поскольку сам Мешик знал украинский язык далеко не в совершенстве, он почти ежедневно занимался с полковником Иваном Шорубалко. Тот имел у чекистов репутацию крупного специалиста по борьбе с националистическим подпольем. Вместе с тем прекрасно владел родным языком. Полковник готовил для министра доклады и сообщения на украинском языке, даже отрабатывал с ним украинскую бытовую лексику. Вскоре были заменены начальники ряда ведущих подразделений МВД Украины. После падения Берии 30 июня 1953 года Мильштейн был арестован. Мешика арестовали в тот же день, что и Берию.

Сын Берии Серго писал, что якобы Мильштейн не был арестован. Его не смогли взять живым. Когда он увидел, что хотят арестовать, предупредил – не допустит. В завязавшейся перестрелке застрелил несколько человек и был убит. В ряде публикаций о Берии можно встретить утверждения, что Соломон Мильштейн – единственный из его соратников, кто оказал вооруженное сопротивление при аресте. Но это миф. Мильштейн никакого сопротивления при аресте не оказал и не мог оказать. В книге бывшего сотрудника МГБ-МВД-КГБ Украины Георгия Санникова “Большая охота” (М., “Олма-Пресс”, 2002) рассказывается как живого Соломона Мильштейна после ареста везли в Москву:

“Мильштейн без удивления воспринял факт ареста в его рабочем кабинете. Был он в военной форме генерал-лейтенанта. Выражение лица было спокойным. Он как будто ждал ареста. Как только сели в самолет, он тут же попросил поесть. В самолете, кроме самого Мильштейна, находилось три офицера и несколько солдат, расположившихся в хвостовой части, которые после взлета стали подкрепляться гречневой кашей со свиной тушенкой. По всему самолету аппетитный запах. Офицерам, этапировавшим Мильштейна и не евшим с утра, есть не хотелось. А Мильштейн неожиданно попросил покормить его. Пришлось обращаться к солдатам. Те положили Мильштейну почти полный солдатский котелок, который генерал с удивительным спокойствием и с жадностью голодного человека полностью съел и завалился спать, устроившись на идущей вдоль борта длинной металлической скамье. Самолет был военно-транспортным”.

Как видим, у генерала Соломона Мильштнйна нервы были крепкие. Состоявшийся после ареста Берии и его соратников Пленум ЦК Компартии Украины в своем постановлении записал:

“Работа Мешика и Мильштейна была составляющей общего курса Берии на восстановление капитализма в СССР”…

Из всех арестованных по делу Берии генералов госбезопасности тогда не был расстрелян только один – Мильштейн. Его казнили полтора года спустя.

Следствие тянулось довольно долго. Так, между прочим, ему предъявили обвинение в нарушении социалистической законности. А главное обвинение – участие в заговоре Берии с целью свержения советской власти ну и, конечно, шпионаж, правда в пользу кого, следователи и суд не указали.

Соломона Мильштейна 30 октября 1954 года судила Военная коллегия Верховного суда СССР и приговорила к расстрелу. Приговор был приведен в исполнение 14 января 1955 года. Так закончил свой жизненный путь любимый еврей Берии, чекист, генерал-лейтенант Соломон Мильштейн.  Иосиф ТЕЛЬМАН Еженедельник “Секрет”

One Response to “Любимый еврей Лаврентия Берия”

OCTABNTb KOMMEHTAPNN

*