Author Archive

text_avni_(9)

Этот израильтянин так рьяно работал на «Моссад» в Европе, что однажды ему решили устроить проверку. Бездоказательно обвинили, что он – агент КГБ. А он вдруг признался, что так оно и есть. Масштаб ущерба был огромен: Зэев Авни сдал советской разведке всех агентов «Моссада» в Европе.

Советский, а затем израильский гражданин Вульф Гольдштейн родился в 1921 году в Риге. Его отец был известным членом студенческого социалистического движения Латвии, но в 1922 году был депортирован из страны за участие в беспорядках. Семья Гольдштейнов перебралась в Берлин, но здесь вскоре начались еврейские погромы под руководством набирающего влияние Гитлера. Так Гольдштейны оказались в Швейцарии, где 15-летний Вульф поначалу чувствовал себя крайне одиноко, пытаясь найти утешение в книгах, которые семья привезла с собой. Немногочисленные эти книги оказались полным собранием сочинений Ленина. Юноша пропал – поверил в идеи Маркса, в счастье, которое возможно лишь при коммунизме, в необходимость борьбы с империализмом. На фоне новых интересов появился у Вульфа и друг-наставник. Им стал Карл Виберал – как впоследствии станет известно, работающий под прикрытием шпион советской разведки. Виберал помог юноше изучить русский язык, на котором писал его кумир Владимир Ильич Ленин, поднатаскал молодого борца за коммунизм в общих вопросах марксизма-ленинизма, а также, видимо, передал ему немало шпионских хитростей. Как позже признавался сам Вульф, именно Виберал перед окончательным отъездом в Москву посоветовал ему приглядеться к Востоку.

 

В 1948 году, вскоре после возникновения Государства Израиль, Вульф Гольдштейн вместе с беременной женой репатриировался и обосновался в одном из киббуцев. Вскоре, правда, Вульф оттуда уехал, причем один – то ли из-за измены жены, то ли из-за того, что в киббуце стало известно о «красных» взглядах Гольдштейна, которые он особо не скрывал. После изгнания он вновь обосновался в Цюрихе и выразил готовность бесплатно работать на израильское посольство. Дипломаты были им довольны – уже через несколько месяцев Вульф вернулся с их рекомендациями в Израиль и тут же устроился работать в МИД, сменив имя на Зэева Авни. Усердие и знание иностранных языков помогли ему получить место в экономическом отделе, а затем – в консульстве в Брюсселе. Работа была очень важной: именно в столице Бельгии сотрудники консульства договаривались о поставках оружия в обороняющийся от враждебных соседей Израиль.

В конце 1952 года за помощью к Авни обратились из «Моссада». Стоит отметить, что в то время работники МИДа крайне неохотно шли на сотрудничество со спецслужбой: это сулило массу проблем и никаких преимуществ. Тем более что тот период был крайне неудачным для израильской разведки: провалы резидентов происходили один за другим. Однако, к приятному удивлению «моссадовцев», Гольдштейн с удовольствием согласился выполнить деликатную просьбу. Израилю стало известно, что Египет ищет специалистов для создания новых типов вооружения. Вот «Моссад» и решил предложить своих «специалистов, которые могли бы оперативно узнавать обо всех «ноу-хау» в египетских разработках. Авни выполнял роль вербовщика и справился с ней блестяще. Ему стали поручать другие задания – в основном, он перевозил по Европе секретные документы. Вскоре новоиспеченный агент «Моссада» получил повышение и был переведен в Белград. Однако сам Авни был недоволен – он настойчиво просил своих кураторов о полноценном трудоустройстве в «Моссаде».

И вот в середине 1956 года Авни неожиданно приехал в Израиль – якобы «по семейным обстоятельствам», для ухода за больной дочкой. Но по прилете он отправился не в киббуц, где жила его жена, а в главный офис «Моссада». Здесь он оставил главе «Моссада» Исеру Харелю записку с просьбой о личной встрече. Как позднее рассказывал в своих мемуарах Харель, записка сразу насторожила его. Авни не только просился в «Моссад», но и предлагал развернуть в Югославии разведывательную сеть. Это было странно – у Израиля были отличные отношения с Югославией, а внедрение агентов могло их испортить. «В то время мало кто был готов работать с нами на добровольных началах, – рассказывал Харель. – Да и, честно говоря, я никогда особенно не верил в высокие человеческие порывы: сама жизнь не раз убеждала меня, что чем более высокопарные слова произносит человек, тем, как правило, более корыстны и низменны его мотивы. Авни же буквально источал энтузиазм и готовность беззаветно отдавать всего себя нашему делу». Тем не менее Харель все-таки назначил Авни встречу. «Он все время говорил, что приехал в Израиль случайно, ради дочери, у которой есть проблемы со здоровьем, вновь и вновь к этому возвращался, и меня это начало раздражать. В конце концов я дал понять, что наша встреча закончена, но – просто на всякий случай, чтобы при необходимости можно было найти повод для повторной встречи – добавил, что подумаю над его просьбой о переводе в «Моссад» и позвоню ему, чтобы сообщить свой ответ», – писал Исер Харель в своих воспоминаниях.

Вежливо попрощавшись с Авни и пообещав подумать о его переводе в «Моссад», Харель принялся изучать дело Зэева. И тут-то и наткнулся на имя Карла Виберала, который при тщательной проверке оказался полковником ГПУ СССР, носившим позывной «Пауль». Однако каких-то твердых улик, подтверждающих связь Авни с советской разведкой, обнаружить не удалось. Тогда Харель решил пойти ва-банк и пригласил Авни для встречи в своем «офисе», который на самом деле был конспиративной квартирой. В соседней комнате с той, где должна была произойти беседа, находился глава ШАБАКа Амос Манор.

Дальнейшие события оказались полнейшим шоком для всех, кто находился в квартире. Впустив Зэева в квартиру, Харель практически с порога заявил ему, что знает, что Авни работает на КГБ. «Ты, подонок, советский шпион, работающий на Москву с самого своего приезда в страну!»– воскликнул Харель в лицо Зеэву Авни, едва тот вошел в комнату. Как писал Харель, стоило Авни ответить «нет», как разговор был бы окончен – ни одного реального доказательства у главы спецслужбы не было. Однако Зэев после минутного молчания заявил: «Да, вы правы: я действительно советский разведчик, но больше вы от меня ничего не узнаете!»

Авни рассудил по-своему. Вот как он описывал ситуацию в своих мемуарах: «Заявление Хареля повергло меня в шок. Я был уверен, что “Моссад” не может выдвигать подобные обвинения против высокопоставленного сотрудника МИДа без всяких оснований, и решил, что у них вполне достаточно фактов для моего ареста. Значит, нужно было выиграть время, понять, какими фактами против меня они располагают и уже на основании этого выстроить линию защиты. И я решил признать справедливость их обвинения, но ни в коем случае не открывать им известные мне тайны. Был еще один момент, который толкнул меня именно на такой шаг. Я понял, что нахожусь на явочной квартире, где они могут сделать со мной что угодно. В том числе и убить, и никто об этом не узнает. Поэтому мне хотелось как можно скорее оказаться в обычной тюрьме, где я бы чувствовал себя более защищенным…»

Оказалось, что с самого начала работы в МИДе Израиля «Тони» – позывной, выданный ему Карлом Вибералом – постоянно передавал «информацию» советским спецслужбам. Однако какую информацию – было непонятно, Гольдштейн не рассказывал ничего, будучи свято убежден, что боролся за правые идеи. Допрашивавший его полковник Иегуда Праг все время снабжал заключенного различной антикоммунистической литературой, которая должна была заставить двойного агента усомниться в его идеалах.

Однако на Авни не действовало ничего, в том числе даже доклад ХХ съезда партии, развенчавшего культ Сталина. Сломила его только статья лидера итальянской компартии Пальмиро Тольятти, в которой он аргументированно «разгромил» коммунизм. Наутро шпион в слезах заявил тюремщикам: «Позвоните Прагу и передайте ему, что я готов рассказать все…»

Масштаб ущерба, нанесенного Гольдштейном, был огромен: шпионская сеть Европы была практически полностью «засвечена», что привело к отзыву действовавших агентов. Зэев Авни провел в тюрьме восемь лет из положенных 14, выйдя на свободу в 1965 году благодаря примерному поведению. Он обосновался в поселке Ришпон, где открыл частную клинику. В 1980 году он переехал в Хадеру, где и остался вплоть до своей смерти в 2001 году. Так окончилась жизнь человека, впоследствии названного «самым удачливым советским разведчиком за всю историю противостояния советских и израильских спецслужб».  Грудень 17th, 2016 Андрей Довлатов,  Украина

Мы помним, кто виноват в чудовищном геноциде евреев в 20-м веке. Мы помним, кто предавал нас в Эвиане. Кто отправил назад в Европу пароход «Сент-Луис». Кто отказывался бомбить подъездные пути к лагерям смерти Биркенау, Маутхаузена, Дахау, Треблинки. Мы помним, как по приказу Сталина евреев, бежавших из гетто, расстреливали белорусские партизаны. Мы помним, как французская полиция Виши отлавливала евреев Парижа, чтобы отправить их в Освенцим. Мы помним, как английские эсминцы топили корабли, на которых сотни евреев-беженцев пытались добраться до Палестины. Мы помним, как американский президент Рузвельт отказал подпольщику Яну Карскому в помощи евреям Польши, уничтожаемых в Варшавском гетто и лагерях смерти.

И мы помним героизм евреев Варшавского гетто, Собибора, Минского гетто, Каунасского форта и многих других лагерей смерти, где почти безоружные евреи, преданные всем миром, сражались за свое попранное человеческое достоинство. Мы помним 50 тысяч евреев-партизан Европы и полтора миллиона солдат-евреев союзных армий, воевавших против европейского фашизма. И сотни бойцов ЛЕХИ, воевавших в Палестине с англичанами за свою будущую родину. Все эти безымянные герои выстлали своими телами страшную дорогу к будущему Еврейскому государству. Именно потому этот день назван Днем Памяти Катастрофы и Героизма, ибо евреи были не только жертвами, но и борцами за свободу.

В этот День памяти мы должны также помнить, что никто в мире не будет воевать за нашу свободу и независимость, кроме нас самих. Мы не можем надеяться, что в надвигающейся схватке с исламскими бандформированиями, нацистом Абу Мазеном и его подельниками из Рамаллы, и антисемитами мирового сообщества кто-то из европейских или американских политиков нас поддержит. Антисемитский Интернационал очень надеется на радикальных мусульман, так же, как просвещенная Европа в конце 30-х годов надеялась на «окончательное решение еврейского вопроса» Гитлером.

Поэтому, помня о жертвах, принесенных евреями Европы во имя создания Еврейского государства, мы должны объединиться, чтобы сохранить нашу маленькую страну и ее народ вопреки страстному желанию нас уничтожить. А левые предатели-евреи, пособники антисемитского Интернационала, должны сидеть в тюрьме, вместе со столь милыми их сердцам палестинскими террористами.  Александр ШОЙХЕТ

trumbibi

Дональд Трамп:

Большое спасибо. Спасибо. Сегодня я имею честь принимать в Белом Доме моего друга премьер-министра Биньямина Нетаниягу. Этим визитом в США мы вновь подчеркиваем неразрывные связи с нашим ближайшим союзником Израилем. Партнерство между нашими странами основывается на общих ценностях – свобода и мир. Это краеугольные камни демократии. Государство Израиль – символ стойкости для всего мира. Думаю, ни одно государство не прошло через то, через что им пришлось пройти. Пережить Катастрофу, мы никогда не забудем, что пережил еврейский народ.

Ваша способность справляться с враждебностью, открытая демократия, противостоящая насилию, и ваши достижения — поистине воодушевляют. Проблемы безопасности, с которыми справляется Израиль невероятны, в том числе иранские ядерные амбиции. Мы об этом серьезно поговорим, сделка с Ираном – это наихудшая сделка, которую я когда-либо видел. Моя администрация уже ввела новые санкции против Ирана, и я намерен сделать все возможное для пресечения достижения ядерного оружия. Мы оказываем Израилю помощь, чтоб Израиль мог самостоятельно защитить себя от любых угроз, которых, к сожалению, много. У наших стран давняя история сотрудничества в борьбе с терроризмом, с теми, кто не разделяет с нами ценность человеческой жизни. Америка и Израиль – две страны, которые ценят любую человеческую жизнь.

Это еще одна причина, по которой мы отвергаем несправедливое отношение к Израилю в ООН, где, по моему мнению, относятся к Израилю очень-очень несправедливо, а также в других международных организациях, где осуждают Израиль.

Наша администрация привержена к работе с Израилем и нашими общими союзниками в регионе для достижения стабильности и безопасности. Это также подразумевает достижение мира между Израилем и палестинцами. США поддерживает мирное урегулирование и поистине хороший мирный договор. Мы будем очень-очень много работать над этим. Для меня это тоже очень важно. Но стороны должны вести переговоры напрямую для достижения договора, а мы их будем поддерживать. Для достижения успеха на переговорах обе стороны должны будут пойти на компромисс. Вы же это знаете, так?

Хочу, чтоб израильский народ знал, что США поддерживает Израиль в борьбе с террором. Как вы знаете, господин премьер-министр, наши народы всегда будут осуждать террористические акты. Мир необходим для сохранения ценности жизни.

Это лишь первая из продуктивных встреч. Господин премьер-министр, благодарю вас за визит.

Биньямин Нетаниягу:

Президент Трамп, спасибо за теплый прием, который вы и Меланья оказали мне, моей супруге Саре и нашей делегации. Я очень ценю вашу дружбу и дружественное отношение к Государству Израиль. Это отражается во всех сказанных вами словах. У Израиля нет друга ближе, чем США, и я обещаю вам, что у США нет друга ближе Израиля.

Союз между нами очень прочен, но при вашем правлении, я уверен, что он еще больше укрепится. Я намерен работать с Вами, чтоб кардинальным образом улучшить отношения между нами во всех сферах: безопасность, технологии, кибернетика, торговля и многие другие. Я приветствую Ваш однозначный призыв гарантировать справедливое отношение к Израилю в международных институтах, чтоб нападки и бойкот Израиля встречали протест, исходящий из мощи и моральной позиции США.

Как я сказал, связь между нами основана на глубокой приверженности общим ценностям и интересам. Эти ценности и интересы постоянно подвергаются угрозам со стороны сил зла, радикально исламского террора. Господин президент, вы проявили четкую позицию и смелость, когда выступили против этой угрозы. Я призываю противодействовать иранскому режиму, предотвратить реализацию этого плохого договора, в результате которого Иран создаст ядерное оружие, и вы говорили, что США обязана предотвратить создание Ираном ядерного оружия. Вы призываете уничтожить ИГИЛ. Я верю, что под вашим руководством мы сможем отбросить назад волну исламского радикализма. В этой задаче, как в многих других, Израиль с вами, я с вами.

Господин президент, если мы сможем остановить воинствующий ислам, мы сможем использовать исторические возможности, так как впервые в моей жизни и впервые в истории с момента создания Израиля арабские страны в регионе не видят в Израиле врага, а все больше видят в нас союзника.

Я верю, что при Вашем правлении эти перемены, происходящие в нашем регионе, ведут нас к беспрецедентным возможностям для крепления безопасности и продвижения мира. Давайте использует эти возможности совместно. Давайте укрепим безопасность, найдем новые пути достижения мира и выведем потрясающий союз между Израилем и США на новые высоты.

Спасибо, господин президент.
Дональд Трамп: Спасибо, еще раз спасибо.

Мы ответим на пару вопросов. Дэвид Броуди, Christian Broadcasting. Дэвид?

Журналист: Спасибо, господин президент, господин премьер-министр. Вы оба критиковали иранскую ядерную сделку и иногда даже требовали ее пересмотреть. Не переживаете ли вы, так как все это связано не только с советником по нацбезопасности Майклом Флинном, который с недавних пор уже не здесь, но также и все события вокруг контактов с Россией — что все это приведет вообще к отмену сделки. И не случится ли так, что она не позволит Ирану стать ядерным государством?

И еще один вопрос, касающийся поселений. Вы на одной волне? Как бы вы определили свое отношение к поселениям? Спасибо.

Дональд Трамп: Майкл Флинн, генерал Флинн — замечательный человек. Я считаю, что СМИ отнеслись к нему очень и очень несправедливо, поэтому во многих случаях я их называю лже-СМИ. Мне очень грустно, что к нему так плохо отнеслись. Что касается спецслужб и слива документов и всего прочего. Это уголовное дело, и это продолжается уже давно, все это началось еще до меня. Но это все происходит, и люди таким образом пытаются восстановиться после ужасных потерь, которые понесли демократы при Хиллари Клинтон. Я считаю, что все это очень и очень несправедливо, что случилось с генералом Флинном, и тем, как к нему отнеслись, а также все эти документы, которые незаконно — я подчеркиваю — незаконно были слиты. Очень и очень несправедливо.

Что касается поселений, я бы попросил вас (обращается к Нетаниягу — тут и далее прим.ред.) немного притормозить с этим. Мы что-нибудь придумаем. Но я бы хотел, чтобы мы заключили сделку (соглашение). Думаю, мы заключим такую сделку. Я знаю, что любой из президентов пожелал бы этого. Многие из них тянули до последнего, потому что не верили, что это возможно. И это было невозможно, потому что они этого не делали. Но я и Биби, мы знакомы друг с другом уже много лет — он умный человек, великолепный переговорщик. И я думаю, мы заключим сделку. Это может быть сделка крупнее и лучше, чем полагают люди в этой комнате. Есть такая возможность. В общем, мы подумаем, как это сделать.

Биньямин Нетаниягу: Давайте попробуем.

Дональд Трамп: Прозвучало не слишком оптимистично, но (смеется) он отличный переговорщик.

Биньямин Нетаниягу: Таково искусство заключения сделок (смеется).

Дональд Трамп: И еще я хотел бы поблагодарить Сару, вы не могли бы встать? Вы такая замечательная и были так милы с Меланией. Я это очень ценю. (апплодисменты) Спасибо!

А теперь ваша очередь.

Биньямин Нетаниягу: Да, пожалуйста, спрашивайте.

Журналист: Большое спасибо. Господин президент, готовы ли вы в вашем видении нового мира на Ближнем Востоке отказаться от упоминания формулы «двух государств для двух народов», на которую опиралась предыдущая администрация? Будете ли вы готовы услышать другие идеи от премьер-министра, как то, о чем его просят его партнеры, например, аннексировать части Западного берега и легализованные поселения? И еще вопрос. Готовы ли вы выполнить свое обещание и перенести посольство США в Израиле в Иерусалим? Если так, то когда?

И вопрос вам, господин премьер-министр, вы приехали сегодня, чтобы сказать президенту, что вы отказываетесь от формулы «два государства для двух народов»? Спасибо.

Дональд Трамп: Я смотрю на «два государства для двух народов» и «одно государство для двух народов», и мне нравится то, что нравится обеим сторонам. (смеется) Я буду рад тому решению, которое выберут обе стороны. Я готов ужиться с любым из них. Какое-то время я полагал, что решения о двух государствах было проще добиться. Но честно говоря, если Биби и палестинцы — если Израиль и палестинцы будут довольны, я поддержу то решение, которое им понравится больше всего.

Что касается переноса посольства в Иерусалим, я бы хотел, чтобы это случилось. Мы всерьез изучаем этот вопрос. И делаем это осторожно. Очень осторожно, поверьте мне. А там посмотрим, как все пойдет. Хорошо?

Биньямин Нетаниягу: Спасибо. Я вчера прочитал слова одного американского чиновника, который сказал, что если спросить пятерых человек, как будет выглядеть на практике реализация решения «два государства для двух народов», вы получите восемь различных версий. (смеется) Вместо того, чтобы заниматься стереотипами, я бы лучше занялся сутью дела. Я уже много лет мечтаю сделать это в мире, который повернут на стереотирах, а не на сути. И суть заключается вот в чем: есть две предпосылки для мира, о чем я говорил два года — несколько лет назад, и с тех пор ничего не изменилось.

Во-первых, палестинцы должны признать Еврейское государство. Им следует прекратить призывы к разрушению Израиля. Им следует прекратить воспитывать свой народ на призывах к разрушению Израиля.

Во-вторых, при любом мирном соглашении Израиль должен сохранить за собой бесспорное право обеспечения безопасности всей территории к западу от реки Иордан. Потому что если это будет не так, мы знаем, что случится — мы получим еще одно экстремистское исламистское террористическое государство на палестинских территориях, которое будет подрывать мир, подрывать Ближний Восток. Сейчас, к сожалению, палестинцы всеми силами отрицают обе эти предпосылки к миру. Во-первых, они продолжают призывать к уничтожению Израиля — в школах, мечетях, про это написано в их школьных учебниках. Вам нужно это увидеть самому, и тогда вы поверите, что такое возможно. А потом они даже отрицают, господин президент, наши исторические связи с нашей родиной. Тогда, пожалуй, следует задать вопрос, почему иудеи называются иудеями. Китайцы называются китайцами, потому что они родом из Китая. Японцы называются японцами, потому что они родом из Японии. Иудеи называются иудеями, потому что они родом из Иудеи. Это земля наших отцов. Иудеи — не иностранные колонизаторы в Иудее.

И вот, к сожалению, палестинцы не только отрицают прошлое, они еще отравляют настоящее. Они называют площади именами убийц, убивших много израильтян. Тут можно добавить — и американцев. Они финансируют — выплачивают ежемесячные пособия семьям убийц, например, семье террориста, убившего Тейлора Форса, замечательного американца, выпускника Вест-Пойнта, которого убийца зарезал, когда тот прилетел погостить в Израиле.

Вот в чем заключается корень конфликта — в упрямом палестинском отказе признать Еврейское государство в его границах, это последовательное отрицание. И это то, из-за чего у нас нет мира. И это должно измениться. Я хочу, чтобы это изменилось. И я не только не отказался от двух предпосылок для мира, они стали только еще важнее из-за растущей волны фанатизма, которая сметает Ближний Восток и которая, к сожалению, заразила палестинское общество.

И я хочу, чтобы это изменилось. Я хочу, чтобы эти две предпосылки для мира — по своей сути — только укрепились. Но если кто-то полагает, что я как премьер-министр Израиля, отвечающий за безопасность в своей стране, слепо допущу создания палестинского террористического государства, ищущего уничтожения моей страны, то этот человек серьезно заблуждается.

Обе предпосылки для мира — признание Еврейского государства, и израильская потребность в обеспечении безопасности к западу от Иордана — остаются незыблемыми. Нам следует искать новые пути, новые идеи, которые помогут их укрепить и приблизить мир. И я верю, что великие возможности для мира открываются при региональном подходе, вовлечении наших новоприобретенных арабских партнеров в поиск более широкомасштабного мира и мира с палестинцами.

И я с нетерпением жду момента, когда мы сможем обсудить это более детально, господин президент, потому что я полагаю, что если мы будем работать сообща, у нас все шансы на успех.

Дональд Трамп: Мы обсуждали эти вопросы, но есть нечто другое, что ранее не обсуждалось. И это на самом деле более масштабная сделка, гораздо более важное соглашение в некотором смысле. Оно вовлечет много, много стран и охватит огромную территорию. Я не знал, что вы собираетесь затронуть этот момент, но раз уж вы рассказали об этом, хочу отметить, что это замечательно, и у нас отличное сотрудничество с людьми, которые ранее даже подумать о подобное не могли. В общем, посмотрим, что из этого выйдет.
Дональд Трамп: Кэти из Townhall. Где Кэти? А вот вы где. Кэти.

Журналист: Спасибо, господин президент. Ранее вы отмечали, что обе стороны должны быть готовы пойти на компромисс, когда речь зайдет о мирном соглашении. Вы упомянули прекращение строительства поселений. Не могли бы вы упомянуть еще несколько конкретных уступок, которые вы имеете в виду. Как для израильтян, так и для палестинцев.

И, господин премьер-министр, какие у вас ожидания от новой администрации по поводу того, как улучшить иранское ядерное соглашение или как отменить его, как в целом сотрудничать с новой администрацией в вопросе противостояния растущений агрессии Ирана, не только в последние месяцы, а за последние несколько лет?

Дональд Трамп: Это интересный вопрос. Думаю, израильтянам проявить больше гибкости, что будет очень непросто. Им придется продемонстрировать тот факт, что они действительно хотят добиться такого соглашения. Наша новая концепция, которую мы уже обсуждаем какое-то время — это нечто, что позволит им проявить больше гибкости, чем в прошлом, потому что на этот раз наше поле деятельности гораздо больше. И я думаю, мы так и поступим. Я думаю, что они очень хотят добиться такого соглашения, а иначе я не был бы таким довольным, не стоял бы тут, и не был бы настолько оптимистично настроен. Я действительно так считаю — они — могу вам сказать про Биби и позицию Израиля — они действительно хотят заключить соглашение, и они хотят видеть его более всеобъемлющим. Палестинцам придется прекратить ту ненависть, в которой они воспитывают своих детей с раннего возраста. Они воспитывают в ужасной ненависти. Я видел, чему их учат. И там тоже потребуется гибкость. Но все начинается с младых ногтей, это идет еще со школы. И им придется признать Израиль — им придется на это пойти. Ни о каком соглашении речи быть не может, если они не готовы признать очень, очень великое и важное государство. И я думаю, им придется быть готовыми к этому. Но у нас, Кэти, появятся другие игроки очень высокого уровня, а это облегчит задачу палестинцев и Израиля придти к результату. Хорошо? Спасибо. Очень интересный вопрос. Спасибо.

Биньямин Нетаниягу: Вы спросили про Иран. То, что не позволяет Ирану получить ядерное оружие — это то, во что твердо верим мы с президентом Трампом. И мы будем это обсуждать.

Помимо этого, президент Трамп приложил огромные усилия за последние недели, а ведь он только вступил в свою должность. Он указал на то, что есть нарушения, иранцы проводят испытания баллистических ракет. Кстати, на этих ракетах написано на иврите «Израиль должен быть уничтожен». Иранский министр иностранных дел Зариф сказал, мол, наши баллистические ракеты не угрожают ни одному государству. Нет. Они написали на ракете на иврите: «Израиль должен быть уничтожен».

Так что наказание Ирана за нарушение с баллистическими ракетами, накладывание санкций на «Хизбаллу», создание им помех, чтобы они заплатили за распространение терроризма на всем Ближнем Востоке и за его пределами, далеко за его пределами, думаю, это перемены, которые всем очевидны, они начались с того момента, как президент Трамп приступил к своим обязанностям. И я приветствую все это. И скажу вам прямо — это давно пора было сделать. Если мы будем работать сообща, не только США и Израиль, но и многие другие в нашем регионе, те, кому приходится сталкиваться лицом к лицу с иранской угрозой и ее размахом, то мы непременно сможем обуздать иранскую агрессию и исходящую от этой страны опасность. И это то, что важно для Израиля, для арабских стран, но в первую очередь жизненно важно для Америки. Эти люди разрабатывают межконтинентальные баллистические ракеты. Они хотят заполучить ядерный арсенал, не бомбу, а сотню бомб. И они хотят получить возможность запускать их куда угодно на Земле, включая, особенно, Соединенные Штаты. Так что это важно для всех нас. И приветствую эти перемены, и я намерен вплотную работать с президентом Трампом, чтобы мы могли нейтрализовать эту угрозу.
Журналист: Господин президент, еще во время предвыборной кампании и даже после вашей победы мы увидели резкое увеличение числа антисемитских инцидентов по всей территории США. Что бы вы сказали тем представителям еврейской общины США и в Израиле, да и по всему миру, кто верит и чувстует, что ваша администрация заигрывает с ксенофобией и даже расизмом.

И господин премьер-министр, вы согласны с тем, что только что заявил президент по поводу необходимости для Израиля притормозить или прекратить поселенческую деятельность на Западном берегу. И дополню вопрос моих коллег — отказываетесь ли вы от вашего видения завершения конфликта посредством создания двух государств для двух народов, как вы обозначили в своей речи в Бар-Иланском университете? Или вы по-прежнему придерживаетесь этой формулы. Спасибо.

Дональд Трамп: Во-первых, хочу сказать, что для нас большая честь победить — 306 голосов делегатов-выборщиков. Нам предвещали не более 220 голосов. Вы же в курсе, да? Проблема была получить даже 221 голос. А потом сказали, что мы никак не добьемся 270 голосов. И там была огромная радость по этому поводу.

Я вам скажу так — в нашей стране будет мир. Мы положим конец преступности. Мы сделаем все, что в наших силах, чтобы прекратить расизм и все, что происходит, потому что ситуация запущенная, и много плохого тут происходило. Я полагаю, одна из причин моей победы — это то, что у нас очень и очень разделенное общество. Очень разделенное. И я очень надеюсь, что смогу хотя бы отчасти это исправить. Вы знаете, для меня это очень важно.

Потому что в народе — в еврейском народе — у нас много друзей, моя дочь, которая присутствует в этом зале, мой зять и три красивых внука. В ближайшие три, четыре, восемь лет, США сильно изменятся. Будет происходить много хорошего, и вы увидите много любви. Вы увидите много любви, понимаете? Спасибо.

Биньямин Нетаниягу: Я считаю, что вопрос поселений не является центральным в конфликте, и он на самом деле не распаляет его. Да, это вопрос, который будет решен в ходе мирных переговоров. И мы это еще обсудим с президентом Трампом, чтобы придти к некоему общему понимаю, чтобы впоследствии не было никаких трений между нами. И мы это обсудим.

А по поводу второго вашего вопроса, то вы вновь озвучили поднятую мной проблему. Речь идет о стереотипах. Что подразумевает Абу-Мазен, говоря о двух государствах? Что он имеет в виду? Страну, которая не признает Еврейское государство? Страну, которая готовится напасть на Израиль? О чем, вообще, речь? Мы говорим про Коста-Рику или очередном Иране?

Так что, по всей видимости, наше понимание вопроса отличается. Я уже озвучил необходимые условия для заключения мирного соглашения — признание Еврейского государства и израильский контроль в сфере безопасности всей отмеченной мною территории. А все прочее — фантазии. Иначе мы получим еще одно несостоятельное государство, очередную террористическую исламистскую диктатуру, которая будет настроена не на мир, а на наше уничтожение, а также на уничтожение надежды — любой надежды — на мирное будущее для нашего народа.

Поэтому я четко определил условия для соглашения, и они не изменились. И я не изменился. Если вы прочтете, о чем я говорил восемь лет назад, это все то же самое. Я повторял это снова, снова и снова. Хотите играться с иллюзиями, играйтесь. Я же буду разбираться по сути.

И напоследок поделюсь личным опытом. Я знаком с президентом Трампом уже много лет. И намекать на то, что он и его команда — некоторых ее представителей я тоже знаю уже кучу лет. Я могу раскрыть секрет, сколько лет мы знакомы с тобой, Джаред? (смеется) Он никогда не был мелочным. У него всегда было большое сердце, и он всегда был выше этого. И так как я знаю президента, его близких и окружение уже много лет, скажу вам следующее — нет большего сторонника еврейского народа и Еврейского государства, чем президент Дональд Трамп. Так что хватит муссировать эту тему.

Дональд Трамп: Огромное вам спасибо. Мне очень приятно слышать это от вас.

Биньямин Нетаниягу: Спасибо вам.

 

Президент США Дональд Трамп назначил 11 евреев для работы в новой администрации
 В общей сложности 11 евреев получили назначения для работы в новой администрации президента Трампа. Наиболее заметными среди них являются зять президента Джаред Кушнер и Дэвид Фридман. Напомним, что победу на президентских выборах Трампу принесли, в частности, 24 процента голосов еврейского населения, при этом особенно сильную поддержку кандидат от республиканцев получил в ортодоксальной общине.
Предлагаем вниманию список еврейских советников президента Дональда Трампа. Эти люди будут помогать формировать политику США в течение следующих четырех лет.
Джаред КушнерДжаред Кушнер
Зять Трампа, ортодоксальный еврей, выступае т в новой администрации в качестве старшего советника президента. 36-летний Кушнер является выходцем из известной семьи из Нью-Джерси, работавшей в сфере недвижимости. Старший советника будет работать на общественных началах и сосредоточится на вопросах Ближнего Востока и Израиля, а также партнерских отношений с частным сектором и свободной торговли, пишет The New York Times. За день до назначения было объявлено заявление Кушнера о том, что он уйдет от своей должности генерального директора семейной фирмы Kushner Properties.
Кушнер, женившийся в 2009 году на дочери Трампа Иванке, сыграл решающую роль в кампании президента, особенно в Израиле.
В 25 летнем возрасте в 2006 году Кушнер приобрел газету New York Observer, а два года спустя стал генеральным директором Kushner Properties. В 2015 году в списке Fortune Кушнер в свои сорок занял 40-ю строчку в «ежегодном рейтинге самых влиятельных молодых людей в бизнесе».
Дэвид Фридман
Один из известнейших адвокатов Восточного побережья США, специалист по банкротству, близкий друг и советник Трампа Дэвид Фридман должен будет назначен на должность посла США в Израиле.
Живущий на два дома в Нью-Йорке и Иерусалиме, исповедующий ортодоксальный иудаизм и владеющий ивритом 57-летний Фридман – давний компаньон Трампа по бизнесу, многие годы защищающий интересы принадлежащих Трампу компаний. На предвыборном этапе Фридман входил в ближайшее окружение Трампа, был его советником по Израилю и лоббировал кандидатуру республиканца в еврейских организациях США.
Фридман является сыном консервативного раввина, история его семьи связана с республиканскими кандидатами в президенты – семья принимала Рональда Рейгана на обед в Шаббат в 1984 году, когда он во второй раз выиграл президентские выборы.
CNN приводит политические рекомендации Фридмана, среди которых требования ужесточить позицию по израильско-палестинскому конфликту и отказ от американской поддержки «иллюзии» создания двух государств; срочный перевод посольства США из Тель-Авива в Иерусалим и значительное увеличение Израилю финансовой помощи. Он выразил свою поддержку и финансировал строительство в Иудее и Самарии.
Джейсон Гринблатт
Бизнес-партнёр Дональда Трампа на протяжении почти 20 лет главный юрисконсульт и исполнительный вице-президент компании Trump Organization Джейсон Гринблатт в предвыборном штабе занимал пост советника по американо-израильским отношениям. 25 декабря 2016 года назначен на пост представителя на международных переговорах в новой администрации Белого дома. В этой должности Гринблатт будет заниматься вопросами палестино-израильского мирного урегулирования, а также налаживать отношения с Кубой.
Является выпускником Yeshiva University – одного из старейших и крупнейших еврейских высших учебных заведений и основного учебного центра ортодоксального иудаизма в США. В середине 1980-х годов жил в Израиле и вместе с другими учащимися йешивы «Хар-Цион» охранял от арабских бандитов и террористов одно из еврейских поселений Иудеи и Самарии. В 1992 году окончил юридический факультет Нью-Йоркского университета.
Его жена Наоми – психиатр, у них с Джейсоном шестеро детей.
Ранее в интервью CNN Гринблатт утверждал, что новая администрация «будет настоящим другом Израилю», подчеркивая, что считает Иерусалим единой и неделимой столицей еврейского государства. Он также заявил о своей поддержке двугосударственного решения палестино-израильского конфликта, подразумевая тем самым, что Трамп примет естественный ход событий в решении мирного вопроса.
«Он не собирается навязывать какое-либо решение Израилю», – сказал в ноябре в интервью армейскому радио Израиля Гринблатт, добавив, что Трапм «не рассматривает еврейские поселения как препятствие на пути к миру»
   
Членом своей администрации Трамп выбрал 54-летнего соучредителя компании RatPac-Dune Entertainment, работавшей над голливудскими хитами «Аватар» и «Черный лебедь». Сын известного арт-дилера Роберта Мнучина, Стивен нажил состояние в Goldman Sachs.
Бывший топ-менеджер банка Goldman Sachs может стать главой Казначейства. Об этом Дональд Трамп говорил еще в июле. Несмотря на то, что ранее Мнучин числился среди финансовых доноров Хиллари Клинтон, в этом году он присоединился к кампании Трампа, где курировал сбор средств. По данным американских СМИ, к ноябрю этого года Мнучин собрал для кампании от 500 до 600 миллионов долларов.
Стивен Миллер
31-летний Стивен Миллер представляет себя в качестве «практикующего еврея». В течение семи лет он работал в качестве помощника Трампа и назначен старшим советником по политическим вопросам.
Стивен Миллер будет одновременно занимать должность помощника президента в новой ��дминистрации.
«Он глубоко привержен идее «Америка прежде всего» и понимает, какая политика и действия необходимы, чтобы реализовать эту идею. Он является активным сторонником защиты американских рабочих и будет выполнять важную роль в моей администрации в качестве старшего советника по вопросам политики», – заявил Трамп.
Миллер имеет опыт работы в конгрессе США. Он был помощником у ряда конгрессменов, в том числе у сенатора Джеффа Сешнса, близкого Трампу. Стивен Миллер составлял заготовки для выступлений Трампа во время агитационной кампании, пишет Politico.
Карл Айкан
Бизнесмен и инвестор миллиардер Карл Айкан назначен специальным советником по вопросам реформирования системы регулирования. Он будет работать в качестве частного лица и не будет иметь статус федерального служащего или специального государственного служащего.
Им стал миллиардер Карл Икан, занимающий 65 строку в списке самых влиятельных людей мира по версии Forbes. Икану 80 лет, он женат, имеет двух детей. Его состояние оценивается в 16,5 миллиарда долларов.
Избранный Трампом советник уже начал взаимодействие с его штабом, подбирая кандидатов на пост руководителя федеральной Комиссии по ценным бумагам и биржам США.
Гери Коэн
На пост помощника президента по экономической политике и директора Национального экономического совета в правительстве избранного президента США назначен операционный директор одной из крупнейших в мире инвестиционных групп Goldman Sachs Гэри Коэн.
Трамп отметил, что навыки успешного бизнесмена помогут Гэри Коэну в его новой должности.
«Он глубоко привержен идее «Америка прежде всего» и понимает, какая политика и действия необходимы, чтобы реализовать эту идею. Он является активным сторонником защиты американских рабочих и будет выполнять важную роль в моей администрации в качестве старшего советника по вопросам политики», – заявил он.
Гэри Коэн является специалистом по торговле ценными бумагами, инвестиционном управлении и оказании финансовых услуг институциональным клиентам, а также миллиардером, упоминаемым списком Forbes. Капитализация всей Goldman Sachs Group на начало декабря 2016 года составила 88,82 миллиарда долларов.
Борис Эпштейн
Специальным помощником президента назначен 33-летний нью-йоркский инвестиционный банкир и финансовый адвокат Борис Эпштейн. Бывший москвич, приехал с родителями в США в 1993 году.
Юрист по образованию, Эпштейн работал инвестиционным банкиром и политтехнологом сначала у Маккейна, когда тот баллотировался в 2008 году в президенты, а затем у Трампа, которого он часто отстаивал по телевидению.
В октябре 2013 года он провел мероприятие под девизом «Инвестировать в Москве!», на котором выступали в основном деятели московского правительства. Эпштейна обвиняли в том, что он делал разные пророссийские заявления от имени Трампа. В июле, например, он выступал в шоу Джорджа Стефанопулоса на АВС, где похвально отозвался о Путине и отрицал, что Россия аннексировала Крым.
В интервью CNN Эпштейн заявил: «Россия не захватывала Крым!.. Мы можем говорить о конфликте между Украиной и Крымом, этот конфликт все еще продолжается, но российского захвата не было!».
Дэвид Шулкин
Врач и политик, действующий заместитель министра по здравоохранению в министерстве по делам ветеранов США. 11 января избранный президент США Дональд Трамп выдвинул Шулкина на пост министра по делам ветеранов. Его назначение требует утверждения Сената. На свою нынешнюю должность был назначен ушедшим президентом, и является единственным кандидатом, перешедшим из старой администрации.
57 летний Шулкин по медицинской специальности является терапевтом, занимал ряд руководящих должностей, в том числе в качестве президента больниц, в частности, Beth Israel Medical Center в Нью-Йорке. Он также занимал многочисленные руководящие врачебные должности, в том числе в качестве главного медицинского работника в университете Пенсильвании, в системе здравоохранения, а также академических постов.
В качестве предпринимателя Шулькин основал и в последствии был председателем и главным исполнительным директором DoctorQuality, одного из первых ориентированных на потребителя источников информации для обеспечения качества и безопасности в области здравоохранения.
Рид Кордиш
Рид Кордиш, который дружит с его зятем, Джаредом кушнером, назначен на пост помощника президента. Он будет заниматься в аппарате сотрудников Белого дома проблемами межведомственных инициатив и инициатив в сфере технологии. Он будет отвечать за инициативы, требующие межведомственного взаимодействия, а также сосредоточит внимание на технологических инноваций и модернизации.
Кордин является партнером его семьи в сферах недвижимости и развлечений. Рид Кордиш был партнером в компании по операциям с недвижимостью The Cordish Companies и возглавлял компанию Entertainment Consulting International, занятую в сфере развлечений и ресторанного дела. Получил образование в Принстонском университете.
Авраам Берковиц
27-летний Авраам Берковиц назначен специальным помощником Трампом и помощником Джареда Кушнера. Берковиц и Кушнер встретились на баскетбольной площадке в качестве гостей Аризона во время работы программы на Песах, как сообщает Jewish Insider. С тех пор молодые люди стали сотрудничать, Берковиц продолжал работать с Кушнером в нескольких качествах.
После окончания колледжа Квинс Берковиц работал в компаниях Кушнера, а затем продолжил работу репортера в его New York Observer. После окончания в 2016 году Юридической школы Гарварда Берковиц работал на президентскую кампании в качестве помощника директора по анализу данных.

Мечта об уничтожении евреев живет не только в исламском мире. В Европе – месте действия Холокоста — юдофобия сегодня в почете. Оскверняются кладбища, летят бутылки в синагоги, государственные мужи и жены не стесняются своих явно антисемитских высказываний, небрежно маскируя их под антиизраильские. Я уже не говорю про Россию, где ублюдок сообщает, что, «люди, являющиеся внуками и правнуками тех, кто разрушал наши храмы, выскочив из-за черты оседлости с наганами в 1917 году, продолжают дело своих дедов». В любой нормальной стране вылетел бы с ТВ и из политики впереди собственного визга. Но то в нормальной.  В. Топаллер

Donald Trump President-elect portrait.jpgПосле инаугурации 45-го президента США Дональда Трампа на официальном сайте Белого дома обнародовали новую программу развития США.

1. 25 миллионов рабочих мест

Новый президент США Дональд Трамп намерен взять курс на создание огромного количества рабочих мест для американцев.

«Чтобы поставить экономику на рельсы, президент Трамп разработал смелый план по созданию 25 миллионов новых рабочих мест в ближайшее десятилетие и возвращению к 4%-му годовому экономическому росту», — сказано в сообщении на сайте Белого дома.

Среди задач Трампа и проведение налоговой реформы с целью «помочь американским рабочим и предприятиям сохранить больше долларов, заработанных с таким трудом».

2. Победить терроризм

Команда Трампа поставила цель обескровить группировку «Исламское государство».

«Победа над ИГ и другими радикальными исламскими группировками будет нашим главным приоритетом… Для того чтобы победить и уничтожить эти группировки, мы будем при необходимости проводить агрессивные военные операции совместно с другими странами и в составе коалиций, — сказано в программе Трампа. — Мы также займемся разработкой ультрасовременной системы противоракетной обороны для защиты от ракетных угроз со стороны таких стран, как Иран и Северная Корея».

3. Сделать армию США армией №1

45-й президент Дональд Трамп поставил перед собой задачу усилить мощь американской армии. Усилить до такой степени, чтобы армия США стала самой сильной армией в мире.

4. Выйти из Транстихоокеанского партнерства

Президент-республиканец не намерен отказываться от своего предвыборного обещания относительно выхода США из Транстихоокеанского партнерства.

«Жесткие и справедливые соглашения в сфере международной торговли могут быть использованы для обеспечения роста нашей экономики, возвращения миллионов рабочих мест американцам и оживления депрессивных районов нашей страны. Эта стратегия начнет осуществляться с выхода из Транстихоокеанского партнерства», сказано на сайте Белого дома.

5. Враги станут друзьями

Пересмотрит Администрация Трампа и внешнюю политику времен президента Барака Обамы. Республиканец намерен искать друзей среди старых врагов.

«Мир должен знать, что мы не ищем врагов за рубежом, и что мы всегда рады, когда старые враги становятся друзьями, а старые друзья становятся союзниками», — сказано в плане задач Трампа. – Внешняя политика будет сфокусирована на американских интересах и национальной безопасности США».

6. Отгородиться от Мексики стеной

Да, президент Трампа все-таки будет строить стену на границе с Мексикой. Так он намерен бороться с нелегальной иммиграцией.

«Президент Трамп намерен построить стену для прекращения нелегальной иммиграции, для того, чтобы остановить банды и насилие, остановить поток наркотиков в наши дома», так обозначена еще одна задача на сайте Белого Дома США.

Он прочитал молитву, в которой благословил Трампа и процитировал Псалмы еврейского царя Давида

 

 Речь раввина на инаугурации Трампа
 Раввин Хайер прочитал молитву, в которой благословил Трампа и процитировал Псалмы еврейского царя Давида: “Превечный Бог да благословит президента Дональда Трампа и Америку, нашу великую нацию, и не позволит нам забыть слова псалмопевца: “Кто будет восседать на святой Твоей горе? Тот, кто делает правое дело и говорит истину” (Псалмы, 15).

 

Раввин завершил свое выступление словами: “Благословит Бог всех наших союзников во всем мире, которые разделяют наши ценности… На реках Вавилонских сидели мы и плакали, вспоминая Сион. Если я забуду тебя, Иерусалим, да отсохнет десница моя”. (Псалмы, 137)

 Симон Кордонский сделал головокружительную карьеру, заняв специально «под него» созданную должность начальника Экспертного управления Кремля и исполняя обязанности старшего референта президента Путина. В эксклюзивном интервью Jewish.ru Симон Гдальевич рассказал, как советское еврейство было инфильтровано стукачами, вспомнил, что известные миллиардеры «ломали» чеки в «Березке», и объяснил, почему в современной России евреи исчезли из государственного реестра.

Если говорить о советском еврействе, то сложился определенный стереотип, что еврей – это интеллигент, представитель творческой профессии, высококвалифицированный специалист, деятель культуры, врач, ученый, артист, работник торговли. Это и есть «еврейское» место в сословной структуре советского общества?
– Нет. Когда мы говорим о сословии – то речь немного о другом. О еврейском сословии можно говорить только с того момента, как государство формально выделило, признало это сословие – то есть с введения в паспорте графы «национальность». Необходимы два фактора – «признание» со стороны государства и самоидентификация. Так что наряду с еврейским были также выделены и татарское, и башкирское, и другие национальные сословия.

Почему вы говорите о советских нациях как о сословиях? Зачем эта «дополнительная» характеристика?
– Сословная структура связана со справедливым – в понимании государства – распределением ресурсов или благ между сословиями, урегулированием отношений между ними. Многие национальные сословия, в том числе и евреи, имели свою административно-территориальную единицу, своё представительство в системе госвласти, как-то регулировалось место в системе распределения. Представители сословия осознавали свою общность.

Как бы вы описали еврейское сословие в СССР?
У каждого еврея было стремление «создать свою синагогу» либо прийти в нее. Вокруг евреев, занимавших какие-то статусные позиции, формировались еврейские коллективы, которые складывались ввиду обстоятельств или личной активности. Мне кажется, это была и форма выживания, и в то же время форма коллективной самоидентификации. С некоторым оттенком «криминальности».

В смысле?
– Все понимали: это вроде как не то, что «можно делать» в данной ситуации, но, тем не менее, мы вот собираемся как евреи и будем говорить и рассуждать как евреи.

Что значит «как евреи»?
– Это значит, как они себя сами воспринимали. Евреи ощущали некую свою чуждость окружающей среде. И вот эта локальность, в которой они собирались, была способом самоотождествления, самоидентификации. Я говорю о группах, которые, как правило, не имели религиозного характера, а носили такой этнический характер. Там же были разные евреи – и по «пятой графе», и «половинки», и «четвертушки» тоже входили в эти компании. И само присоединение к этим компаниям было актом самоидентификации. Были, конечно, и другие группы: и религиозные, и те, которые были ориентированы на эмиграцию в Израиль.

Кроме самоидентификации была ли все-таки у евреев какая-то своя социально-экономическая ниша?
– Так она задавалась статусом еврейским, «пятой графой». Были вузы, в которые не принимали евреев ни на работу, ни на учебу. А были те, в которые принимали. Отношение было разное. Например, в КГБ евреев не брали, а в милицию брали.

Чем еврейский статус отличался от статуса других национальных сословий?
– Да, в общем-то, ничем не отличался. Особенность была в том, что, как я уже говорил, евреи тянулись друг к другу и образовывали группы. В результате концентрация евреев в определенных точках государства превосходила статистическую норму. Была, к примеру, норма в 4% евреев, а в каком-то мединституте их было 8% или 10%. И это воспринималось государством как нарушение социальной справедливости. Ректора вызывали в обком и спрашивали: «Что ты у себя синагогу создал?»

Таким образом евреи как сословие сталкивались с антисемитизмом?
– Нет. Это был социально-статистический вопрос, связанный с отчетными характеристиками. Тот государственный антисемитизм, который имел место при Сталине, с ним и закончился. Хотя, конечно, сохранилась и какая-то инерция, но в брежневские времена антисемитизма как института не было. Был антисионизм.

Вы не ставите знак равенства?
– Нет. Это был вопрос отношения к Государству Израиль и его политике, не связанный с еврейством как сословием.

Где же грань? Как ее различали?
– Да никак. При необходимости всех скопом записывали в сионисты. «Слушаешь радио», читаешь книжки, учишь иврит – значит, сионист.

Вы же сами принадлежали к еврейскому сословию?
– Да, принадлежал по факту. Потому что была соответствующая запись в паспорте, но у меня не было еврейской самоидентификации. А с научной точки зрения я еврейством заинтересовался впервые минувшей осенью, когда поехал в Еврейскую автономную область.

Однако на вас как-то отражалась ваша сословная принадлежность?
– Были ситуации, когда говорили: «Вот этого еврея на работу не брать».

В то же время это не способствовало появлению у вас еврейской самоидентификации?
– Нет, не способствовало.

Зачастую именно такое отношение со стороны государства и сопутствующие ему ограничения заставили большое количество вполне ассимилированных евреев выехать в Израиль. Почему личные неприятности, связанные с принадлежностью к еврейскому сословию, не толкнули вас в эту среду?
– Я, в общем, представлял себе эту среду. Я знаю, как там друг на друга «стучали». Как это всё было инфильтровано стукачами разного рода. И, может быть, поэтому она меня никогда не привлекала.

Как еврейское сословие трансформировалось после Перестройки и распада СССР? Что представляет собой еврейский типаж в современной России?
– До середины 1980-х годов у евреев была очень ограниченная ниша: наука, образование, культура, советская торговля. Очень редко мастер-наладчик или инженер на конечной сборке – и все равно это рабочая элита. После середины 1980-х открылось множество новых ниш, связанных с разного рода промыслами. Например, некоторые наши известные миллиардеры «ломали» чеки в «Березке», «кидали» на обмене чеков. Ну, это промысел был такой.
Потом появились возможности легализации кооперативов. Многие евреи превратили свои профессии в промыслы. К примеру: врачи начали заниматься частной практикой, ученые стали организовывать какие-то мелкие кооперативчики на базе своих разработок, чтобы коммерциализировать результаты своей деятельности, а преподаватели пошли в репетиторы. А многие в 90-е годы просто уехали в Израиль и США. В России в те годы было очень опасно. Меньше стало интеллигентных людей и больше стало евреев, потерявших свою интеллигентность. Сейчас, вероятно, можно говорить о финансовом или медийном промыслах, еще паре ниш с высокой рентой.

Отношение евреев к госслужбе за эти годы изменилось?
– В общем-то, и при советской власти это было какое-то исключительное занятие. До середины 90-х годов евреи, наверное, массово шли в депутаты, в маленькие начальники, но этот роман кончился в конце 90-х. Думаю, в связи с тем, что «навар» был маленький, и многим показалось перспективнее уехать. А самое главное – после отмены графы «национальность» евреи перестали существовать в качестве сословия – исчезли из государственного реестра.

Однако в своих работах вы пишете о фактическом восстановлении в России сословной структуры. Евреи в ней присутствуют как сословие?
– Ответ на этот вопрос не очевиден. Проявляются некие новые сословные черты, не связанные уже органично с советским еврейским сословием. Например, в Еврейской автономной области евреи – это сословие, группа людей, созданная государством для каких-то целей. Это титульная нация, и есть люди, которые определяют себя как евреи – они составляют властную прослойку, выделяются деньги на образование, культуру и так далее. Аналогично дают деньги и в других национальных образованиях.
Еврейские организации, прописанные в Конституции или созданные при участии государства, признанные государством, тесно работающие с государством или как-то интегрированные в госсистему, – это, конечно, элемент сословной структуры, но незавершенной, потому что нет самоидентификации.

Как это нет? Многие евреи идентифицируют себя с теми или иными религиозными структурами, участвуют в их жизни или просто связаны с ними корпоративными интересами.
– Пока евреи в России – потенциальное сословие.

Учитывая наличие нескольких крупных еврейских структур, совершенно отдельную ситуацию в ЕАО, можно сказать, что формируется сразу несколько еврейских сословий?
– С точки зрения самоопределения – несколько. А с точки зрения государства – одно. Но в разных формах. А так… Ну, кого в Москве интересует, что ты еврей? Только е…тых (ударенных на голову – Прим. ред.) антисемитов?  20.01.2017 – Михаил Чернов

 

«Уважаемый г-н Леон Блюм, премьер-министр Франции.

В свете переговоров, которые проводятся между Францией и Сирией, мы – лидеры алавитов Сирии, с уважением привлекаем внимание Вас и Вашей партии (социалистов) к следующим моментам:

1. Нация алавитов [sic!], которая много лет сохраняла свою независимость посредством большого усердия и ценой многих жертв, является нацией, которая отличается от мусульманской суннитской нации по своей религиозной вере, своим традициям и своей истории. Никогда еще не случалось, чтобы нация алавитов, [которая живет в горах на Западном побережье Сирии] была под властью [мусульман], которые управляют внутренними городами страны.

2. Алавитский народ не желает быть присоединенным к мусульманской Сирии, потому что ислам задуман как официальная религия страны, и алавиты рассматриваются исламской религией как еретики. По этой причине мы просим вас рассмотреть ужасную и чудовищную судьбу, которая ожидает алавитов, если их заставят присоединиться к Сирии, когда она будет свободна от надзора мандата, и она будет в силах осуществлять законы, которые проистекают из ее религии. [Согласно исламу, идолопоклонник и еретик имеют выбор: принять ислам или быть убитым].
3. Награждение Сирии независимостью и аннулирование мандата станет хорошим примером социалистических принципов в Сирии, однако, смыслом полной независимости будет контроль нескольких мусульманских семей над алавитами в Киликии, Аскадроне [сектор Александретта, который французы отрезали от Сирии и присоединили к Турции в 1939] и в Ансарских горах [горы в западной части Сирии топографическое продолжение Ливанских гор]. Даже наличие парламента и конституционного правительства не гарантирует личную свободу. Этот парламентский контроль – только фасад, не имеющий никакого действительного значения, и правда заключается в том, что будет установлен контроль религиозного фанатизма, который будет направлен против меньшинства. Разве лидеры Франции желают, чтобы мусульмане контролировали алавитов, и чтобы бросить их в лоно страданий?
4. Дух фанатизма и твердолобость, корни которого сидят прочно в сердцах арабских мусульман в отношении тех, кто не являются мусульманами, это дух, который постоянно питает исламскую религию, и поэтому нет никакой надежды, что ситуация изменится. Если мандат будет аннулирован, меньшинства окажутся под угрозой смерти и разрушения в Сирии, даже если отмена [мандата] будет сопровождаться указом о свободе мысли и свободе религии.
Почему даже сегодня мы видим, как мусульманские жители Дамаска заставляют евреев, которые живут под их защитой, подписать документ, в котором им запрещено направлять продовольствие своим еврейским собратьям, страдающим от стихийных бедствий в Палестине [в дни Великого Арабского восстания]. Положение евреев в Палестине сильнейшим и самым конкретным образом доказывает важность религиозной проблемы среди мусульманских арабов к любому, кто не принадлежит к исламу. Те хорошие евреи, которые внесли свой вклад в арабо-мусульманскую цивилизацию и мир, и распространяли богатство и процветание на земле Палестины, никому не делали вреда и не предпринимали ничего, и, тем не менее, мусульмане заявили о священной войне против них и, не колеблясь, убивают и их детей и женщин, несмотря на тот факт, что Англия находится в Палестине, а Франция – в Сирии.
Поэтому черное будущее ожидает евреев и другие меньшинства, если мандат будет отменен, и мусульманская Сирия объединится с мусульманской Палестиной. Такой союз является конечной целью арабов-мусульман.
5. Мы высоко ценим Вашу душевную щедрость в защите сирийского народа и ваше желание реализовать его независимость, но Сирия в настоящее время далека от благородной цели, которую Вы для нее наметили, потому что она все еще в ловушке духовного религиозного феодализма. Мы не думаем, что французское правительство и Французская Социалистическая партия согласятся на независимость сирийцев, поскольку осуществление этого поставит алавитов в подчинение, подвергнет алавиитское меньшинство опасности смерти и разрушения. Не может быть, чтобы Вы согласились на (националистическое) сирийское требование присоединения алавитов к Сирии, потому что Ваши высокие принципы – если они поддерживают идею свободы – не будет принимать ситуацию, в которой одна нация (мусульмане) пытается задушить свободу другогой (алавитов), путем насильственного присоединения.
6. Вы можете видеть соответствующее обеспечение прав алавитов и других меньшинств в редакции договора (сирийско-французский договор, который определяет отношения между государствами), но мы подчеркиваем Вам, что договоры не имеют ценности в исламской сирийской ментальности. Мы видели это в прошлом, с Пактом, который Англия подписала с Ираком, и которым иракцам запрещалось убивать ассирийцев и езидов.
Алавиты, которых представляем мы, нижеподписавшиеся, взывают к правительству Франции и к Французской Социалистической партии и просят их обеспечить их свободу и независимость в малых границах [независимое государство алавитов!!]. Алавиты вверяют свое благополучие в руки французских социалистических лидеров и уверены, что они найдут прочную и надежную поддержку народу, который является верным другом, который оказал Франции большую услугу, а в настоящее время – находится под угрозой смерти и разрушения.

[Подписано]: Ага Азиз Аль Хаваш, Махмуд Ага Джадид, Махмуд бек Джадид, Сулейман Асад [дед Хафеза], Сулейман Аль Муршид, Махмуд Сулейман аль Ахмад.

Пока он пытал невиновных в застенках Лубянки, гноил их в лагерях и подписывал расстрельные списки, она порхала по театральным премьерам и кремлевским банкетам в окружении многочисленных любовников. Но он прощал, и они были вместе. И умерли почти вместе: она – от присланного им спасительного яда, он – от пули товарищей по партии. История любви и смерти сталинского палача Николая Ежова и большевистской светской львицы Жени Фейгенберг.

Середина августа 1938 года, дача наркома внутренних дел Ежова в Дугино, поздний вечер. В доме ужинают, за столом трое – сам Ежов, его жена Евгения Соломоновна Хаютина и ее подруга Зинаида Гликина. «Железный нарком» мал ростом, щупл, узкогруд и похож на тролля из немецкой сказки-страшилки. Сходство усугубляет то, что Ежов всё время кривит губы – сегодня он не в настроении. Евгения Хаютина на девять лет моложе мужа. Жена наркома – женщина видная, она красива какой-то южной, знойной красотой. Да и Хаютина она лишь по первому мужу, а в девичестве носила фамилию Фейгенберг. После ужина пару ждёт грандиозный скандал, который спустя несколько месяцев Зинаида Гликина опишет на допросе в НКВД:
– Ты с Шолоховым жила? – спросил Ежов жену, извлек пачку бумаг и заставил ее читать, причем не про себя, а вслух.
Женя Хаютина начала было читать, но тут же запнулась – это была расшифровка прослушки ее вчерашней встречи с Михаилом Шолоховым в гостинице «Националь». Стенографистка отнеслась к своей работе творчески, даже снабдила расшифровку поясняющими комментариями: «идут в ванную» или «ложатся в постель». Нарком выхватил у жены листки, швырнул их на пол и начал бить жену. Бил он ее всерьез: и по лицу, и в грудь. Зинаида Гликина в ужасе выбежала из комнаты: она-то считала, что у Ежовых – открытый брак и измены они друг от друга не скрывают, поэтому увиденная семейная сцена поразила ее вдвойне.

Николай Ежов был тогда заведующим орграспредотделом ЦК ВКП(б). Главный большевистский кадровик и бывшая машинистка советского торгпредства в Берлине Женя Хаютина познакомились в 1929 году в сочинском санатории. Он был невзрачен, но обходителен и мил. И очень трогателен, что хорошо действовало на женщин: к слову, жена бывшего начальника Ежова Ивана Москвина, впоследствии репрессированная вместе с мужем, жалела его и старалась всячески подкормить:
– Кушайте, воробушек!..

Воробушек и в самом деле был слаб здоровьем: туберкулез, анемия и еще целый букет болезней, включая давний, но залеченный сифилис. Работал Ежов, тем не менее, не жалея себя, и так же истово преследовал женщин. Позже на допросе в НКВД Зинаида Гликина расскажет, что Ежов не давал прохода даже домашней прислуге.

За Женей он начал ухаживать сразу в Сочи, потом роман продолжился в Москве. Ежов к этому времени развелся, ее текущий брак с Гладуном окончательно истлел, и в 1931 году они поженились. Оба – каждый на свой лад – были детьми нового времени, и в этом отношении составляли гармоничную пару. Ежову – пареньку из бедной рабочей семьи, вступившему в партию, революция дала все. Он преданно ей служил и быстро взлетел на самый верх: путь от писаря при мелком саратовском комиссаре до заведующего ключевым отделом ЦК был пройден всего за восемь лет. А Женя Фейгенберг, девушка из еврейской купеческой семьи, получила свободу и воспользовалась ей в полной мере. Интеллигентные мальчики и девочки отлично помнили старый мир: в нем их ждала жестко регламентированная, расписанная от «а» до «я» жизнь…

И вдруг все это рухнуло, в 20-е годы стало возможно всё, неприкасаемой была только советская власть. Евгения Фейгенберг-Хаютина с двумя ее номенклатурными браками – первый муж был начальник отдела в наркомате, второй работал секретарём советского торгпредства в Лондоне, – опытом заграничной жизни, легким нравом, врожденной смелостью и организационным даром стала идеальным человеком нового времени.

За спиной рабочего паренька Ежова была бедная, полная унижений юность. Известно, что его неоднократно били в детстве на улице, и в числе хулиганов был даже его родной брат Иван, однажды сломавший об него мандолину. В царской армии Ежов все больше болел, в Гражданскую войну ничем не отличился: был вроде призван, но пересидел ее в тылу. В партию вступил не рано и не поздно, в августе 1917-го – и «старым большевиком» не считался, но и к «примазавшимся» не попадал. Его партийная карьера сразу задалась: тот же его бывший начальник, Москвин, говорил, что «как у работника, у Ежова недостатков нет – кроме чрезмерной, из ряда вон выходящей исполнительности».

И всюду, куда попадал Ежов, его ценят, и любят, и стараются удержать. ЦК чуть ли не силой выцарапывает его из казахского крайкома, хотя первый секретарь ЦК казахской компартии Голощекин хочет сделать Ежова своим преемником. В отпуск и санаторий его приходится отправлять почти насильно – в противном случае доктора из ведомственных поликлиник не ручаются ни за что: «организм у товарища Ежова слабый, изнуренный непосильный работой». Но даже из отпуска или санатория он снова рвется в Москву. Пойди найди такого работника, когда проверенные годами партийные товарищи бездельничают и прямо на глазах спиваются.

Другой разговор, какой он был человек. Хотя до поры до времени складывается ощущение, что вроде неплохой. Да и никто из знавших его до работы в НКВД не вспоминал о ежовском садизме. Однако образованием, рефлексиями и душевным багажом Ежов, конечно, обременен не был. Внутреннего стержня, похоже, тоже у него не имелось: перед вождем и партией он – чистый лист, на котором можно намалевать что угодно.

Телом Ежов, может, и был слаб, зато крепок характером. Видимо, поэтому Сталин доверил выдвиженцу перетрясти всю страну, а перед этим – зачистить сплоченную, опасную, жёсткую и лишенную иллюзий чекистскую корпорацию. Он ее и почистил: уничтожил почти всю верхушку НКВД – посадил и расстрелял больше 14 тысяч рядовых чекистов. А к моменту семейного скандала в Дугино Ежов репрессировал уже сотни тысяч человек, причем множество людей лично пытал, выбивая из них признательные показания. Ну и, конечно, вместе с остальными членами сталинской верхушки подписывал массовые смертные приговоры. От такой жизни у Ежова, понятное дело, развился сильнейший невроз – его он глушил коньяком и водкой. Видимо, в какой-то момент «железный нарком» сорвался и припомнил жене Шолохова. Помирились они, однако, быстро: Николай Иванович очень любил свою Женю.

Позже будут перечислять ее любовников, многие имена всплывут на допросах в НКВД. Назовут и писателя Исаака Бабеля, и исследователя Арктики Отто Шмидта. Когда Бабель будет арестован, свой интерес к семейству Ежова он объяснит тем, что ему хотелось рассмотреть главного чекиста вблизи, почувствовать, понять. НКВД в те годы и впрямь обладал особым, страшным и притягательным ореолом, как подчас случается с откровенным злом, и к чекистам тянулись многие замечательные люди – от Есенина до Маяковского. Но жена наркома, кажется, всего этого не чувствовала: она жила вне того мира, что ее муж. Она превратила свой новый дом в литературный салон. Да и работа у нее была интересная: формально она числилась заместителем главного редактора журнала «СССР на стройке», фактически же – им руководила. Ежов до поры до времени не докучал ей ревностью, у нее было множество поклонников, была прекрасная светская жизнь – премьеры, приемы, кремлевские банкеты. «Стрекоза» – так прозвали ее дамы из высшего партийного света.

История с Шолоховым, скорее всего, взбесила Ежова потому, что НКВД разрабатывал тогда писателя, ещё не ставшего иконой советской литературы, и даже готовил его арест. Но Шолохов сыграл на опережение: написал письмо о перегибах НКВД «на местах» и ухитрился передать его сталинскому секретарю Поскребышеву. Для этого ему пришлось, скрываясь от чекистов, ехать в Москву на товарном поезде. Продолжение этой истории известно только со слов самого Шолохова: якобы у Сталина прошло экстренное совещание, на которое Шолохова доставили сильно нетрезвым, и что Сталин был суров с Ежовым, и Шолохова в результате не тронули, а опохмелял его потом сам Поскребышев.

«Большой террор» не мог продолжаться бесконечно: уже был истреблен малейший намек не только на оппозицию, но и на любое вольнодумство, страна приведена в состояние безропотного смирения, которого хватило на много десятилетий вперед. И ритуальная казнь того, кто всю эту зачистку воплотил, стала неизбежной. Падение было неминуемо. Ему предшествовали демонстративные проявления «высочайшего неудовольствия»: Ежову назначили нового первого заместителя – бывшего первого секретаря ЦК КПб Грузии Лаврентия Берию, который должен был присматривать за своим начальником. А самого Ежова неожиданно назначили наркомом водного транспорта, но с сохранением поста главы НКВД, правда, только пока – так готовилась аппаратная рокировка: предшественника Ежова, Ягоду, перед арестом перебросили на почтовый наркомат. Случилось это всё в августе 1938-го, в те же дни, что и семейная ссора на даче в Дугино.

На допросе Зинаида Гликина вспомнит ходившие тогда по Москве слухи, что, мол, делом об адюльтере жены наркома занимался лично Сталин. Столичное «сарафанное радио» почти не ошиблось: Сталин велел Ежову развестись. Но дело было, конечно, не в Шолохове: «вождь всех народов» помнил о «троцкистских связях жены наркома». Обвинение в троцкизме было выдуманным и совершенно несостоятельным, но в тоже время – смертоносным. Ежов рассказал обо всём жене, разводиться они не захотели. Сталин снова приказал ему развестись. Ежов опять поговорил с женой, но результат был таким же – он слишком любил свою Женю.

Евгения Хаютина сходила с ума от ужаса и писала Сталину – тот не отвечал. Ежов отправил жену на отдых в Крым, и оттуда она слала ему отчаянные письма: «Колюшенька, в Москве я была в таком безумном состоянии, что не могла даже поговорить с тобой. Очень тебя прошу, и не только прошу, а настаиваю проверить всю мою жизнь. Если еще живу, то только потому, что не хочу тебе причинять неприятности». Но от него ничего уже не зависело: НКВД брал в свои руки Берия, в наркомат водного транспорта Ежов если и приезжал, то только чтобы выпить в своем кабинете. Естественно, что дела в вверенном теперь Ежову наркомате стали разваливаться, а его заместитель написал на него докладную, и ей, конечно же, дали ход.

Вскоре арестовали Зинаиду Гликину, и у Евгении Хаютиной началось сильнейшее нервное расстройство. Её госпитализировали в санаторий имени Воровского – его здание до сих пор стоит в парке московского кинотеатра «Варшава». О дальнейшем говорят по-разному: кто-то считает, что люминал она раздобыла сама, другие думают, что яд ей прислал муж, и к нему была приложена безделушка – условный знак, означавший, что ей пора уходить. Её преследовали со всех сторон и как будто выдавливали из жизни. Хаютина отравилась 19 ноября 1938 года, спасти ее не удалось. Жену тогда еще наркома водного транспорта хоронили с почетом. Самого Ежова при этом на похоронах не было, своим домашним он сказал: «Женя хорошо сделала, что отравилась, а то бы ей хуже было».

Спустя несколько месяцев, 10 апреля 1939-го, Берия арестовал Ежова прямо в кабинете Маленкова. Ежова пытали и среди прочего оказалось, что, выпивая с кем-то из старых друзей, он вовсю ругал Берию и советскую власть. К слову, Сталин потребует разыскать ежовского собутыльника, что лишний раз подчеркивает, насколько «вождь всех народов» был погружен в детали этого дела и им руководил. Следователи также узнали о бисексуальности Ежова, что само по себе по советским законам считалось преступлением. Но главные обвинения, конечно же, касались измены родине: Ежова признали виновным в подготовке государственного переворота и убийстве руководителей советского государства. Ежов все обвинения категорически отвергал и единственной своей ошибкой назвал то, что «мало чистил органы от врагов народа». Военная коллегия Верховного суда СССР приговорила Ежова к расстрелу, 4 февраля 1940 года приговор был приведен в исполнение.

А Женечка, прожившая свою короткую жизнь с таким удовольствием и так легко, улизнула от следствия, пыток и казни. Советская власть перемолола поколение ее ровесников, относившихся к новой жизни как к веселому карнавалу и приключению. Из поэтессы Берггольц на допросе выбили ребенка, режиссер Сац – тоже жена наркома – сидела, как и Полина Жемчужина – супруга Молотова, как и сотни тысяч других, которые раньше времени легли в землю, сполна выпив чашу страданий.

В 1998 году Военная коллегия Верховного суда уже Российской Федерации отказала в посмертной реабилитации Ежова как организатора массовых репрессий и убийств.

23.06.2016