*****
В передаче обсуждались евреи, сионисты… Все имеет свое определение. Сионисты – это не исчадие ада, как их пытаются представить. Главная идея сионистов – совместное проживание евреев на своей исторической родине, в Израиле. Я могу сказать, что Макашов и другие самые большие сионисты, так как благодаря их выступлениям евреи и уезжают в Израиль. Из нашей страны уезжают умные головы. Люди, которые готовы были жить в России, любить Россию, работать на Россию. Уходят капиталы, которые могли бы быть израсходованы на помощь нашим русским старикам. Я не понимаю, зачем приглашать на передачу Макашова, чтобы он изливал свою нездоровую душу на многомиллионную аудиторию.
*****
Ситуация на Ближнем Востоке и все, что связано с Израилем и отношением к нему арабских стран соседних, настолько запутано и тяжело, что здесь давать какие-то рецепты и твердо комментировать в том смысле, что это пойдет на пользу, а это во вред, очень сложно. Если сами израильские политики маются, и не знают, что им делать, там видите какая буча, я повторяю, здесь точный рецепт невозможен. Но как мне кажется то, что делает Шарон, это верно. Потому что выселяется не такое большое количество семей, там речь идет где-то о 8 тысячах человек. И это свой путь к компромиссу, своя дистанция, которую Израиль, наверное, должен пройти. После этого его позиция в переговорах укрепится. Ребята, мы прошли этот путь. Вот мы чуть не нарвались на какие-то синдромы даже гражданской войны. Вот что мы сделали. Как мы рискнули. Мы это сделали. Но теперь сделайте что-нибудь и вы.
Дело в том, что мир на Ближнем Востоке, конечно, зависит от трех составляющих. Одна – это позиция мирового сообщества, она должна быть очень твердой и миролюбивой. И по возможности объективной. Прежде всего, конечно, это Штаты и Россия. Вторая позиция – очень важная, это позиция самого Израиля. Вот Израиль демонстрирует сейчас, Шарон демонстрирует свою позицию. А Шарон ведь очень жесткий человек. Он ведь солдат. Он не дипломат. Он всегда имел репутацию очень жесткого и резкого мужика. Никаких уступок. В общем “ястребом” всегда считался. И вот, пожалуйста, он идет на компромисс. И, наконец, третья очень важная позиция. Это позиция арабских стран. А надо сказать, что идеализировать эту позицию не приходится. Потому что идеология, многолетняя идеология арабских соседей Израиля состоит в том, что Израиль не имеет право на существование. Что хороший он, плохой, Шарон, не Шарон, идут они, не идут на уступки, а Израиль не имеет право на существование. И вот пока через эту позицию лидеры арабских стран и соответствующая государственная идеология не перешагнет, я боюсь, что на Ближнем Востоке прочный мир невозможен… Израиль демонстрирует слабость. Это говорили Шарону его противники. Ты думаешь, они воспримут это как твое миролюбие, как желание пойти на компромисс. Нет, дружок, они только кулак понимают. Они это воспримут как признак твоей слабости. Такая угроза действительно есть. Но все-таки есть надежда, я не буду вдаваться в то, кто там, что когда у кого захватил. Это дело историческое, очень долгое, на этот счет существуют разные мнения. Но если говорить именно о последствиях того шага, на который сейчас пошел Шарон, освобождение территорий, то конечно здесь очень важная задача стоит, о чем мы уже говорили, перед мировыми лидерами. Перед Россией, Штатами – убедить арабские страны в том, что это не повод начинать гнобить Израиль, думая, что это признак слабости. Думая, что это отступление. Это повод протянуть руку в ответ.
*****
Eврейское государство создалось уже после Второй мировой войны. До того в течение без малого тысяч лет евреи существовали в диаспоре. Наконец, они объединились в единое государство. Народ существует уже многие тысячи лет. И в силу целого ряда исторических обстоятельств, в силу, в значительной степени, особого положения этого народа, поскольку это народ Библии, отношение к нему всегда было очень непростым, очень эмоциональным. И была любовь, и было очень много ненависти. Вот католическая церковь, в частности, покаялась в ненависти к еврейскому народу. Но тем не менее проявления антисемитизма, как открытого, общественного, так и личного, публичного и непубличного, встречаются до сих пор. Вот в данном случае то, что сейчас зачитал мой коллега, это проявление такого совершенно нормального, обычного, бытового антисемитизма…
Они (антисемиты – А.З.) понимают, что этот дурно пахнущий товар в обществе (пропаганда звериных идей ненависти к евреям, кавказцам и мусульманам – А.З.), к сожалению, товар ходовой, и получается “дешево и сердито”: сказал – в ответ люди похлопали, а там, глядишь, и прошел в Думу. Ресурс они ищут среди людей. Государственного антисемитизма больше нет, но в средних звеньях государственных, особенно силовых, структур он очень силен. Речь идет даже не об антисемитизме в чистом виде, а о ксенофобии вообще. И среди таких людей латентный антисемитизм дремлет, но готов проснуться. (Из передачи ”Особое мнение” в эфире ”Эхо Москвы” и на RTVI, 20.01.2006 – А.З.)
Комментарий: Николай Сванидзе – единственный представитель перестроечного, а потом и постсоветского телевидения ельцинской эпохи, который уцелел на федеральных каналах. Подчеркиваю: единственный – хотя вы наверняка вспомните в ответ и Ревенко, и Мамонтова, и даже Парфенова, пожалуй, не говоря уж о Капице или Дроздове. Но в том-то и штука, что Сванидзе уцелел именно в изначальном своем качестве либерала – яркого, темпераментного, дразнящего гусей – и не совершил при этом никакого идеологического кульбита. Интересна его оценка властителя дум России: ” Путин действительно надоел – это сегодня распространенное чувство; надоел, потому что его много, потому что он явно сам не уйдет, потому что с его изобилием и практически абсолютной властью ничего нельзя сделать… Ну правда! Будь ты в одном лице де Голль, Брандо и Бельмондо – за двенадцать-то лет плюс в перспективе еще столько же… И вдобавок есть проблема с адекватностью самооценки”.
