Archive for February, 2010
Ни дня без строчки,-
Сказал поэт.
И ставил точки,
Где мыслей нет.
Рождалось точек
Не меньше слов.
И в многоточьи
Был смысл стихов.
Ему – награды.
Умел молчать,
Где плакать надо
Или кричать.
Когда он умер,
На гроб сплели
Из точек зуммер –
Венок любви.
Он нас оставил.
Что был-что нет.
А точки ставит
Другой поэт… (1982)
Моё дитя! Мои румяна.
Моя несметная родня.
Я слышу, как из каждой ямы
Вы окликаете меня…
И.Эренбург. ”Бабий Яр”
————————-
На Минской Яме,
Как в Бабьем Яре,
Лежат, не дышат
Людей пять тысяч,
Убитых зверски
Детей еврейских,
Невинных граждан –
Читает каждый,
Кто с болью, с плачем
Спустился в кратер.
Теснят могилу
Жилья массивы.
Здесь в праздник майский
Цветут ромашки,
Знакомых лица,
Отряд милиции.
Вся грудь в медалях
У ветеранов.
У многих орден
Сверкает гордо.
Молчим минуту.
Подключен рупор
Бравурных песен.
Словам завеса.
Никто не слышит
Твой стон, Овсищер.
Рыданья. Всхлипы.
Василий Быков.
Варшава. Киев.
Цветы живые
Несут как память
К подножью камня.
Тот День Победы
Пришёл сквозь беды.
Мы правим тризну.
Не быть фашизму! (1985)
Новость:
Семит –
Это тот, кто согласен
С распитием спиртного
От двух до семи.
Не всем новость
В радость.
Кто в любое время
Выпить норовит,
Принимая всякую гадость –
Антисемит.
Кто родимые места
Любит,
Кому не безразличны
Культура и судьба
России,
Кто её честью
Дорожит,
Кто, уезжая,
Рано иль поздно,
Заболевает
Ностальгией,
Тот –
Жид.
Кто, будучи аборигеном,
Работает
С ленцой, кое – как,
Кто во всех бедах винит
Не себя,
Ищет в других изьян,
Тот вне подозреаний,
Свой в доску,
Номенклатурный,
Судьбоносный,
Русак,
Иван.
Надеюсь,
Вам понятно,
Кто есть я,
Моя мишпуха,
Моя семья…
Пока…
/Из письма/. (1986 )
История повторяется.
Как в годы моей молодости,
История обвиняется
В необъективности, подлости.
И сын-выпускник издевается:
– Как в ваши пятидесятые,
История отменяется
В угоду переписателям;
У нас отменили экзамены
За ваше враньё в учебниках,
Историю красного знамени
Писали ежовы и чебриковы.
И что мне сказать родимому
На правду его бесспорную?
Разве оспорить кто именно
Подмял под себя историю?
История наша со стонами.
И тело её неистово
Методикой извращённою
Насилуется коммунистами. (1988 )
Еврей я. Да. А ты то кто?
Ханыга, пьяница, мурло.
Тебя ли русским называть?
Грешно Россию обижать.
Страну, где я явившись рос.
А худо-бедно—не вопрос.
Не может выбрать человек
Родиться где-среди калек
Или среди здоровых сил,
Обычных женщин и мужчин.
А ты, всей внешностью – дебил,
Меня за это укорил.
В ответ и я, прости мне бог,
Не оскорбить тебя не смог…
А после много дней подряд
Казнил себя-какой я гад. (1993 )
Веков, режимов круговерть
Не изменяет ничего.
Рожденье. Бедность. Муки. Смерть.
Дороги. Пьянство. Воровство.
Россия. Старый груз проблем.
Пренебрежение к труду.
Кто виноват –
известно всем.
Что надо делать –
никому. (1994)
Они выезжают.
Не я уезжаю.
Несу чемоданы.
Я их провожаю.
Подались родные
В Канаду, в Израиль.
Они выездные.
Не я уезжаю.
Оставлено всё
В дар советскому раю
Бегущими с ада.
Не я уезжаю.
Не я уезжаю.
Не ты уезжаешь.
Жена, сыновья
Что ни день упрекают.
Не ты уезжаешь.
Не я уезжаю.
Мосты сожалений,
Сомнений сжигаю.
И сердце сжимает,
И душу терзает
Последний Исход –
Скоро ль я уезжаю?
Я тоже уеду.
Я только не знаю,
Куда и когда –
В США или к маю?
Я зла не держу.
Я добро вспоминаю.
Работу не в тягость.
Улыбки. Лехаим.
Простите, что я вас
Одних оставляю,
От общих хлопот
И невзгод улетаю.
Надеюсь, что был
Не последний, не с краю,
И вас огорчает,
Что я уезжаю.
Мы – гости в миру,
Приглашённые к чаю,
И рано иль позже,
Отпив, уезжаем.
Мы все уезжаем.
Мы все умираем.
Ушедшим долги
Безоглядно прощаем.
И вы не взыщите.
Грешу не со зла я,
Что я, уезжая,
Для вас умираю. (1995)
Неприятности. Невмоготу.
Беды по кругу заполонили.
Непременно благодарю:
-Спасибо, Господи, что не убили.
Обезналичен. Унижен. Избит.
Последний рубль и тот прихватили.
Расквасили морду. Сказали «жид».
-Спасибо, Господи, что не убили.
Работа то спит, то зверем ревёт.
Перехвалили. Недоплатили.
Вручили грамоту, бумаги клочок.
-Спасибо, Господи, что не убили.
Если естественной смертью умру,
Всевышнего встречу, заместителя или,
Непременно заговорю:
-Спасибо, Господи, что не убили.
Старик заплачет. Мы примем по сто.
По пьяне одобрит, что я уезжаю.
Всего обслюнявит :-Друг, Анатоль,
Спасибо, что Господа ты уважаешь. (1995)
Не ношу могин-довид я
На груди, как он крест.
И чужое, и кровное
Принимаю как есть.
Мы встречаемся исподволь
Без огня, без тепла.
Невозможно быть искренним,
Унижая себя.
Я не лучше. Мы разные.
Не в религии суть.
Если кто из нас празднует,
То другому – всплакнуть.
Пообщаться нет повода.
Тошно мне и ему.
Отчуждённо и холодно –
Как дела? Хау ар ю?
И, как здесь общепринято,
Разбегаясь скорей,
Всепогодно, вне климата
Отвечаем : – Окей. (1999)
Когда нееврей
мне в лицо говорит,
что, дескать, хорошие люди – евреи,
не верю.
Мне кажется,
”жид” прозвучит
как только выйду за двери.
Если не прозвучит,
то промелькнёт
в голове собутыльника – увальня.
Кто от рождения жлоб,
тот жлоб
на генетическом уровне.
Или : ” Ты, хоть и еврей,
но иной, чем они,-
пьёшь на равных,
поёшь наши песни”.
Меня тошнит
от такой похвалы.
”Жид” – было бы
более честно.
Во мне много
отрицательных черт,
присущих евреям,
как, впрочем,
и гоям,
но мало
или вовсе нет
полезных человечеству
еврейских
достоинств.
Выходит,
мой собеседник прав,-
Я,
как две капли воды,
на него
похожий,
родившись евреем,
евреем не стал
по интеллекту,
повадкам,
роже. (1995)
