Archive for February 28th, 2010

 *****

И сейчас снова в душе русского человека назревает гнойный нарыв зависти и ненависти бездельников и лентяев к евреям – народу живому, деятельному, который потому и обгоняет тяжёлого русского человека на всех путях жизни, что умеет и любит работать…
 
 
 *****

Ненависть к еврею – явление звериное, зоологическое, с ним нужно деятельно бороться в интересах скорейшего роста социальных чувств, социальной культуры. Евреи – люди такие же, как и все, и – как все люди – евреи должны быть свободны. Человек, исполняющий все обязанности гражданина, тем самым заслужил, чтобы за ним были признаны и все права гражданина…

  • Уже с детских лет меня подкупил маленький древний еврейский народ,подкупил своей стойкостью в борьбе за жизнь,своей неугасимой верой в торжество правды, – верой,без которой нет человека,а только двуногое животное.Да, евреи подкупили меня своей умной любовью к детям, к работе, и я сердечно люблю этот крепкий народ,его все гнали и гонят, все били и бьют, а он живёт и живёт, укрошая прекрасной кровью своей тот мир, враждебный ему. Это евреи вырастили на грязной нашей земле великолепный цветок – Христа, сына плотника-еврея, бога любви и кротости, бога, которому якобы поклоняетесь вы, ненавистники евреев.Столь же прекрасными цветами духа были и апостолы Христа, рыбаки-евреи, утврдившие на Земле религию христианства – религию всемирного братства народов, религию,на почве которой выросли идеи социализма, идея интернационала…
  • Заслуги евреев перед миром – велики:тупое и ленивое невежество ваше не знает этого, вы одно только знаете:евреи кое-где стоят впереди вас и евреев нет в очередях. Но ведь впереди они только потому,что умеют работать лучше вас и любят работу,а в очередь бедный еврей не идёт,потому что вы облаете его,станете издеваться над ним, даже изобьёте и, пожалуй, сможете убить в бессильной вашей злобе.
  • Одно из наиболее тяжких преступлений человека – равнодушие, невнимание к судьбе ближнего своего; это равнодушие особенно свойственно нам. Позорное для русской культуры положение евреев на Руси – это тоже результат нашей небрежности к самим себе, нашего равнодушия к строгим и справедливым запросам жизни…
  • Мы имеем все основания считать евреев нашими друзьями, нам есть за что благодарить их – много доброго сделали и делают они на путях, по которым шли лучшие русские люди. Но, не брезгуя и не возмущаясь, мы носим на совести нашей позорное пятно еврейского бесправия. В этом пятне – грязный яд клеветы, слезы и кровь бесчисленных погромов. Я не сумею говорить об антисемитизме, о юдофобстве так, как надо бы говорить об этом. Не потому не сумею, что нет сил, нет слов, а потому что мне мешает нечто, чего не могу преодолеть. Я нашел бы слова достаточно злые, тяжелые и острые, чтобы бросить их в лица человеконенавистников, но для этого я должен опуститься в какую-то грязную яму, поставить себя на один уровень с людьми, которые мне органически противны. Я склонен думать, что антисемитизм неоспорим, как неоспоримы проказа, сифилис, и что мир будет вылечен от этой постыдной болезни только культурой, которая хотя и медленно, но все-таки освобождает нас от болезней и пороков.
  • Это, конечно, не снимает с меня обязанности всячески бороться против развития антисемитизма, всячески, в меру сил моих, оберегать людей от заразы юдофобства, ибо мне близок еврей сегодняшнего дня, и я чувствую себя виноватым перед ним: я один из тех русских людей, которые терпят угнетение еврейского народа. А это хороший народ; мне известно, что некоторые из крупных мыслителей Европы считают еврея как психический тип культурно выше, красивее русского. Я думаю, это верная оценка; поскольку я могу судить: евреи больше европейцы, чем русские, хотя бы потому, что у них глубоко развито чувство уважения к труду и человеку. Меня изумляет духовная стойкость еврейского народа, его мужественный идеализм, необратимая вера в победу добра над злом, в возможность счастья на земле. Старые крепкие дрожжи человечества, евреи всегда возвышали дух его, внося в мир беспокойные, благородные мысли, возбуждая в людях стремление к лучшему.
  • Все люди – равны; земля – ничья, а только Божья, человек вправе и в силе сопротивляться своей судьбе и даже с Богом может спорить – все это написано в еврейской Библии, в одной из лучших книг мира. И заповедь любви к ближнему – тоже древняя еврейская заповедь, как и все другие: не убий, не укради. В 1885 г. немецко-еврейский союз в Германии опубликовал “Принципы еврейского учения о нравственности”. Вот один из этих принципов: “Иудаизм предписывает: “люби ближнего, как самого себя”, и объявляет эту заповедь любви ко всему человечеству основным началом еврейской религии. Он запрещает поэтому всякого рода враждебность, зависть, недоброжелательство и нелюбезное обхождение ко всякому, без различия происхождения, национальности и религии”…
  • Я – русский человек, когда я наедине сам с собою спокойно рассматриваю достоинства и недостатки мои, мне кажется, что я даже преувеличенно русский. И я глубоко убежден, что нам, русским, и есть чему и следует учиться у евреев. Например, седьмой параграф “Принципов еврейского учения о нравственности” говорит: “Иудаизм повелевает: почитать труд, принимать участие личным физическим или духовным трудом в деятельности общественной, искать жизненных благ в постоянстве труда и творчества. Он требует поэтому ухода за нашими силами и способностями, совершенствования их и деятельного применения. Он запрещает поэтому всякое праздное, не основанное на труде удовольствие, праздность в надежде на помощь других”…
  • В ранней юности я прочитал – не помню где – слова древнееврейского мудреца – Гиллеля, если не ошибаюсь: “Если ты не за себя, то кто же за тебя? Но если ты только для себя – зачем ты?”… Я думаю, что еврейская мудрость более общечеловечна и общезначима, чем всякая иная, и что не только вследствие древности, вследствие первородства ее, но и по силе гуманности, которая насыщает ее, по высокой оценке ею человека…Это невыносимо видеть, что люди, сотворившие столько прекрасного, мудрого, необходимого миру, живут среди нас, угнетенные исключительными законами, которые всячески ограничивают их право на жизнь, труд, свободу. Нужно – потому что справедливо и полезно – уравнять евреев в правах с русскими; это нужно сделать не только из уважения к народу, который так много послужил и служит человечеству и нам, но из нашего уважения к самим себе…
  • ”Чернь” является, главным образом, выразительницею зоологических начал таких, как юдофобство. А евреи беззащитны, и это качество особенно пагубно в условиях русской жизни. Достоевский, глубоко зная русскую душу, не однажды указывал, что беззащитность возбуждает в ней сладострастное влечение к жестокости, к преступному. За последние годы на Руси развелось довольно много людей, обученных думать, что они – самые лучшие люди на земле и что враг у них – инородец, и прежде всех – еврей. Этих людей долго и настойчиво убеждали в том, что все евреи – беспокойные люди, забастовщики, бунтари. Потом их осведомили, что евреи любят пить кровь ворованных мальчиков. В наши дни им внушают, что евреи Польши – шпионы и предатели…И не впервые еврей будет поставлен виновником всех бед русской жизни, он уже не однажды являлся козлом отпущения за грехи наши, уже платил имуществом и жизнью за то, что помогал нам в судорожном нашем стремлении к свободе. Я думаю, не надо напоминать о том, что наши ”освободительные движения” странно заканчивались еврейскими погромами…
  • Но посмотрите: государство и общество берут у евреев все, что они могут дать – ум, энергию, жизнь, – не давая им необходимейшего – возможности жить, учиться, свободно развивать свои богатые способности. Есть люди, которые жалуются, что евреи эксплуатируют русский народ, есть даже люди, которые будто бы боятся, что евреи способны поглотить всю Россию. Никто не эксплуатирует человека столь безжалостно и нагло, как его собственная глупость.
  • Смешно говорить о том, что пять миллионов евреев способны чем-то и как-то помешать правильному ходу жизни государства с населением в сто шестьдесят пять миллионов. Еврейский вопрос в России – это первый по его общественной важности наш русский вопрос о благоустройстве России; это вопрос о том, как освободить наших граждан иудейского вероисповедания от гнета бесправия. Этот гнет постыдно и социально вреден для нас, убивает энергию народа, живая и свободная энергия коего необходима росту культуры нашей в неменьшей степени, в какой необходима для России творческая энергия коренных русских людей.
  • Из всех племен, входящих в состав империи, евреи – племя самое близкое нам, ибо они вложили и влагают в дело благоустройства Руси наибольшее количество своего труда, они наиболее энергично служили и служат трудному и великому делу европеизации нашей полуазиатской страны. Нет области, где бы еврей на работал рядом с русским и не менее успешно, чем русский, – это неоспоримо. Именно евреи наиболее стойко несли и несут те великие обязанности, за которые их вместе с лучшими русскими людьми награждают ссылкой, тюрьмой, каторгой, и эта стойкость, может быть, косвенно влияет на развитие антисемитизма и погромного дела в России. Наиболее трудоспособные люди, евреи, наименее обеспечены в своих человеческих правах – с этой несправедливостью мы, русские, не должны мириться, это – пятно позора на совести каждого из нас. Помните, речь идет не о каких-либо особенных, исключительных правах для евреев, а только об уравнении их в бесправии с нами, русскими. Яростная мировая война привлекла в ряды нашей армии свыше 200 000 евреев; десятки их получают ордена за храбрость, тысячи погибают на полях битв. И солдату-еврею, который защищает Русь, приходится видеть, как русские люди, рядом с которыми и для блага которых он проливает свою кровь, эти люди разоряют города и деревни его единоверцев черты оседлости, насилуют женщин и девушек, убивают и вешают стариков, подростков, заподозренных в шпионстве. Подумайте, что же чувствует еврей-солдат, отдающий мужественно свою жизнь для блага нашего, что чувствует этот человек, защищая страну, откуда его гонят, где ему не дают свободно дышать, где так часты еврейские погромы и возможны такие преступления против духа справедливости, против культуры, каковым был процесс Бейлиса и попытка создать подобный же процесс в Фастове.
  • Мы обращаемся к совести и разуму русских людей – подумайте о трагедии еврейства. То, что происходит сейчас, чревато последствиями еще более тяжкими для еврейского народа, еще более позорными для нас…Мы должны помнить, что в трагические дни изнурительной борьбы нашей против врага наши евреи – народ, который поставил себе и миру заповедь “не убий”, этот народ беззаветно проливает свою и чужую кровь, защищая Россию, страну, где он бесправен и гоним…Мир живёт не преступлениями грешников, а деяниями праведных, и нет подвига более светлого, чем отказ от себя ради блага и свободы других. Этот подвиг евреи совершают с таким мужестом самозабвения, как совершает его француз, серб, англичанин. Но каждый из них защищает своё отечество, в котором он полноправный гражданин, своё общество, которое его уважает, считается с его правами. А что защищает бесправный еврей? Он отдаёт нам свою жизнь, мы награждаем его за это именем предателя только потому, что и среди евреев есть дурные люди…Обращаясь к сердцу и уму русских людей, мы протестуем против огульного обвинения целого народа в предательстве, в отсутствии чувства чести и любви к России, хотя она и мачеха этому народу. Мы протестуем против всех ограничений еврейства в его праве на свободный труд, на гражданство русское. Нам нужны сильные, трудоспособные люди, – разве не силён духом древний народ, который с таким мужеством поднял на знамёна свои тяжкое иго рассеяния в мире и десятки веков несёт иго это по земле, не уставая сеять на ней идеи торжества свободы и красоты…
  • Бессмысленно, стыдно, вредно для нас угнетать народ, который дал миру величайших пророков правды и справедливости и который по сей день одаряет мир людьми великого таланта и ума. Пора нам выступить на защиту евреев со всей силой, какую мы способны развить, пора оказать им полную и всемерную справедливость. (1919)
  • *****

    Для людей, которые ничего кроме своего “я”, не замечают, для которых все, кроме их собственных грязных потребностей и наслаждений, – трын-трава, для таких людей еврей существо загадочное и ненавистное. Они должны ненавидеть еврея за его идеализм, за то, что, по-видимому, никакая сила в мире не уничтожит его удивительного, все изучающего духа…Мы имеем все основания считать евреев нашими друзьями, нам есть за что благодарить их – много доброго сделали и делают они на тех путях, по которым шли лучшие русские люди.

    *****

    На еврея особенно удобно клеветать, потому что он беззащитен и не имеет даже тех некоторых прав гражданства, которыми пользуется русский. Русский может быть, где хочет, евреи не могут, их принудили жить в нескольких губерниях, назвали эти губернии ”чертою еврейской оседлости” и никуда не выпускают из неё. Теперь евреев перегнали в Россию, потому что ”черта оседлости” завоёвана немцами. Озлобление, вызванное войной, нуждается в жертве, и вот хитрые люди, желая свалить вину со своей головы на чужую, подставляют нам еврея как виновника всех наших бед. Совесть русского народа оглушена, ослеплена криками о евреях и не позволяет ему разглядеть, кто настоящий враг, где он скрыт.

    *****

    Наиболее трудоспособные люди, евреи, наименее обеспечены в своих человеческих правах, – с этой несправедливостью мы, русские, не должны мириться, это петно позора на совести каждого из нас.

    *****

    Мне глубоко симпатичен великий в своих страданиях еврейский народ; я преклоняюсь перед силой его измученной веками тяжких несправедливостей души, измученной, но горячо и смело мечтающей о свободе. Хорошая, огненная кровь течёт в жилах вашего народа!

    *****

    Вспоминая о евреях, чувствуешь себя опозоренным. Хотя лично я, за всю жизнь мою, ничего не сделал плохого людям этой изумительно стойкой расы, а всё-таки при встрече с евреем тотчас вспоминаешь о племенном родстве своём с изуверской сектой антисемитов и о своей ответственности за идиотизм соплеменников.

    Я честно и внимательно прочитал кучу книг, которые пытаются обосновать юдофобство. Это очень тяжёлая и даже отвратительная обязанность – читать книги, написанные с определённой грязной целью: опорочить народ, целый народ! Изумительная задача. В книгах этих я не нашёл ничего, кроме моральной безграмотности, злого визга, звериного рычания и завистливого скрежета зубов. Так, вооружаясь, можно доказать, что славяне, да и все другие народы тоже неисправимо порочны. А не потому ли ненавидят евреев, что они среди других племён смешанной крови, являются племенем, которое – сравнительно – наиболее сохранило чистоту лица и Духа? Не больше ли ”человека” в семите, чем в антисемите?..Разумеется, я не забыл, что люди делают множество разнообразных гадостей друг другу, но антисемитизм всё-таки я считаю гнуснейшей из всех. ( Из сборника ”О евреях”, ”Воспоминания”, воззвания ”Товарищам и гражданам”, отзыва на книгу Г.Гордона ” Сионизм и крестьяне” и др.- А.З.)
     
    *****
     
     Антисемитизм жив и понемножку, осторожно снова поднимает свою гнусную голову, шипит, клевещет, брызжет ядовитой слюной ненависти. В чем дело? А в том, видите ли, что среди анархически настроенных большевиков оказалось два еврея. Кажется, даже три. Некоторые насчитывают семерых и убеждены, что эти семеро Сампсонов разрушат вдребезги 170-миллионную храмину России. Это было бы очень смешно и глупо, если б не было подло…Есть тысячи доказательств в пользу того, что уравнение «еврей=большевик» — глупое уравнение, вызываемое зоологическими инстинктами раздраженных россиян. Я, разумеется, не стану приводить эти доказательства — честным людям они не нужны, для бесчестных — не убедительны. Идиотизм — болезнь, которую нельзя излечить внушением. Для больного этой неизлечимой болезнью ясно: так как среди евреев оказалось семь с половиной большевиков, значит — во всем виноват еврейский народ… А посему честный и здоровый русский человек снова начинает чувствовать тревогу и мучительный стыд за Русь, за русского головотяпа, который в трудный день жизни непременно ищет врага своего где-то вне себя, а не в бездне своей глупости. ( «Несвоевременные мысли» – А.З. )

                  Комментарий: Еврейская тема занимает важное место в творчестве Максима Горького, особенно в его публицистике. В статьях на эту тему он выступает последовательным и бескомпромиссным врагом антисемитизма и антисемитов, убежденным другом еврейского народа.
    В условиях постоянного нарастания юдофобских настроений, повторяющихся погромах, враждебных выпадах со стороны правой прессы и введения царским правительством жестоких антиеврейских мер, прогрессивные деятели русской культуры и науки решительно встали на защиту евреев и активно боролись с антисемитизмом. Здесь можно назвать много имен. Однако первым по праву следует назвать Максима Горького. Он был подлинным патриотом России, однако ему чужд был узкий воинственный национализм и шовинизм
    .

    Historian Jan Gross to speak on Holocaust in Poland // News // Notre Dame News // University of Notre DameЯ был несколько раз в Израиле, где книга «Соседи» была переведена на иврит. Там люди этой темой не слишком заинтересованы. «И что нового?» — так можно определить их отношение. Антисемитизм в Восточной Европе или Польше, по крайней мере, для Израиля — не новость. Однако в этой стране существует стереотип, что все европейцы и поляки в особенности — антисемиты. Это нонсенс, но это мало волнует людей, которые так думают… Не хочу показаться идиотом, но как врачи дают клятву Гиппократа, обязывающую их исцелять больных, так и историки дают своего рода клятву Гиппократа, обещая говорить правду о том времени, которое они изучают. Я убежден, что эти события действительно имели место и о них необходимо рассказать. В душе я пламенный патриот Польши, и мне причиняет огромную боль история антисемитизма в этой стране, временами очень агрессивного. Действительно существовали предпосылки для возникновения в обществе тех настроений, которые привели к разрушениям и убийствам евреев в годы немецкой оккупации, причем в сговоре с оккупантами со стороны многих польских граждан. Подсознательно рассказ об этом я воспринимал как осиновый кол, который нужно всадить в польский антисемитизм — подобно тому, что вонзают в вампиров. Думаю, это сыграло свою роль. Один польский журналист спросил меня как-то: «В чем ваше стремление? Что вы делаете здесь?» И я ответил, что хотел бы быть Солженицыным, хотел бы, чтобы мои книги стали наконец для польского антисемитизма «Архипелагом ГУЛАГом», книгой, которая рассказала о жестокости лагерей, — чтобы больше никто не мог отрицать того, что было. Надеюсь, что после «Соседей» ни у кого не останется сомнений в том, что антисемитизм в Польше имел такие ужасные последствия… Не думаю, что это эксплуатация темы Холокоста. Я лишь одно могу сказать, хотя тут и нечем гордиться: вышедшую в Польше книгу «Соседи», которая была для меня очень важной, мне помог опубликовать мой друг, издатель. Мы не подписывали контракт, и я не получал за нее денег. Поэтому я точно не эксплуатировал тему Холокоста из финансовых соображений. Если же говорить о том, что я «эксплуатирую» эту тему, потому что она приносит мне известность, то я очень рад тому, что это делает меня знаменитым, и надеюсь, что и тема становится известной и обсуждаемой, ведь это очень серьезная история. Конечно же, существует и другой аспект польско-еврейских отношений времен войны, связанный с поддержкой евреев поляками, но об этом уже много писали. Как мне кажется, историки обязаны писать о том, о чем еще не было сказано. Вопрос преследования евреев поляками — значительное явление, массовое по сравнению с редкими случаями поддержки со стороны местного населения, — оставался неисследованным, и об этом необходимо было рассказать. У меня нет сомнений в том, что я каким-то образом исказил историю: это просто история, которую я рассказываю. История не поддержки евреев, а их убийства. А как сейчас в Польше с антисемитизмом? Неплохо, к сожалению. Существуют различные социологические исследования и опросы, и я не скажу об этом ничего нового. Достаточно верно подмечено, что в последние десять лет наблюдается интересная эволюция: произошла некоторая поляризация взглядов, когда возросло количество и антисемитов, и их противников… Евреев в Польше практически не осталось, почему же антисемитизм до сих пор там не изжит? Антисемитизм может существовать и без евреев, об этом уже писали. Для антисемитов евреи всегда рядом. Если вы скажете антисемитам, что евреев в Польше нет, то они назовут вас сумасшедшими — конечно же, есть! И потом, очень много людей, не имеющих отношения к еврейству, принимаются антисемитами за евреев — все, кто им не по душе. В этом смысле антисемиты не имеют предубеждений… Честно говоря, я не понимаю этого, не понимаю, почему люди так жестоки друг к другу. Уверен, все мы осознаем, что это особенность не только польского народа. В том, что происходит, о чем сообщают пресса и телевидение, нередко можно разглядеть зачатки нового геноцида. Люди, которые знают друг друга, живут бок о бок, внезапно восстают друг против друга, нередко мотивированные циничными политиками, которые используют этнические конфликты или гражданскую активность. Начинаются братоубийственные войны. Если подумать, например, о том, как сербы, хорваты и боснийцы убивали друг друга во время войны за наследие Югославии, о невероятной жестокости в лагерях, где держали людей, или о столкновениях между тутси и хуту… Должно быть, есть в природе человека что-то такое, что толкает его на убийство, с чем ему внутри самого себя приходится иметь дело. Может быть, убивая близкого человека, нужно быть особенно жестоким, чтобы убедить себя в том, что все в порядке. Возможно, я говорю глупости… У меня нет ответа на эти вопросы. Единственное, что я знаю наверняка, — что это повторяющееся со временем явление, а не только история поляков и евреев во время войны. Вы найдете подобное в разных местах и разных контекстах…. Можно ли провести параллели между жизнью евреев Польши и России в прошлом и сейчас? Вот смотрите, в Польше практически нет евреев, но активно развивается еврейская жизнь: открываются синагоги, кошерные рестораны, проходят фестивали еврейской культуры. В России евреев тоже осталось не так много, здесь также пропагандируется политика многонациональной страны, в которой живется хорошо представителям всех народов, в том числе евреям. Почему так происходит: евреи уезжают — еврейская жизнь возрождается? Судьба российских евреев ужасна, их убивали с не меньшей жестокостью, чем польских евреев. И с не меньшим, если не с большим участием местного населения, среди которого было огромное количество желающих принять участие в расправе. Мне мало известно о сегодняшней жизни евреев в России. Несколько лет назад я посетил некоторые общины на Украине: во Львове, Киеве, Днепропетровске. Они активно развивались, и я был поражен — как поляк и как человек, знакомый с ситуацией в Польше, — тем, как много людей продолжает там жить. Не знаю, может быть, с тех пор они эмигрировали. В Польше наблюдается огромный интерес к еврейскому прошлому, возможно, отчасти из-за отсутствия евреев, из-за отсутствия опасности той жизни, которая вызывала у поляков чувство соперничества. Это в некотором смысле ностальгия. И мне кажется, это прекрасно. Появились все эти одержимые еврейской культурой люди, которые не имеют никакого отношения к еврейству. Например, организатор Еврейского фестиваля в Кракове Януш Макух — замечательный человек, нееврей, но культурно полностью ставший евреем. Для Кракова, где осталось 100 – 300 евреев, это невероятный успех, в том числе среди поляков. На фоне возрождения антисемитизма быть евреем в каком-то смысле модно. ( «Для антисемитизма евреи не нужны» . Источник: Из беседы на сайте Jewish.ru 13-11-2014. – А.З.)

     

                 Комментарий: Городок со смешным для русского слуха названием Едвабне расположен на востоке Польши, под Белостоком. Очень маленький городок, всего около двух тысяч жителей – поляки и евреи. Так было перед войной. Теперь евреев нет, почти все они погибли в один день, 10 июля 1941 года. Во времена немецкой оккупации такое происходило повсюду: в Польше, Белоруссии, Прибалтике, на Украине. Трагедия в Едвабне имеет только одну особенность: оккупанты тут в общем-то ни при чем. Все сделали местные жители. Соседи. Гросса обвиняли в искажении истории и односторонности исследования, в эксплуатации темы Холокоста и «публичной клевете в адрес польского народа». И тем не менее признавали, что именно благодаря ему в Польше узнали то, о чем не знали или молчали 60 лет, — о массовых убийствах евреев поляками в годы немецкой оккупации. Когда война кончилась, эту историю, разумеется, попытались замять. Не получилось. Из 92 установленных участников погрома 22 все-таки арестовали – по обвинению в пособничестве нацистам. Обвинение было сформулировано заведомо неверно. Или по меньшей мере неточно. Но открыто признать, что польские граждане и стали инициаторами геноцида, власть ни за что не хотела. Ведь они не были ни фашистами, ни выродками. Были они обычными людьми – двое сапожников, часовщик, столяр, агент по скупке яиц. И рядом с местными евреями прожили они не один десяток лет: не сказать чтобы душа в душу, но и без каких-то очевидных проявлений ненависти. Суд, который происходил в 1953 году, вынес только один смертный приговор, еще одиннадцать арестованных получили разные сроки, остальных оправдали. Осужденными оказались только те, чье прямое пособничество оккупантам доказывалось документами. Происходившее в Едвабне 10 июля как бы отошло на второй план. Утверждалось, что убийства явились результатом прямых немецких инструкций, хотя всем было известно, что восемь гестаповцев, находившихся в тот день в городке, прямого участия в этой резне не приняли. Они только наблюдали, задействовав и кинокамеру. Ролик потом демонстрировался в варшавских кинотеатрах, чтобы убедить население в том, что казни и депортации евреев отвечают заветным чаяниям польского народа.

      *****

     
    Антисемитизм проявляется разнообразно – он в насмешливом, брезгливом недоброжелательстве и в истребительных погромах. Разнообразны виды антисемитизма – идейный, внутренний, скрытый, исторический, бытовой, физиологический; разнообразны формы его – индивидуальный, общественный, государственный .
    Антисемитизм встретишь и на базаре, и на заседании Президиума Академии наук, в душе глубокого старика и в детских играх во дворе. Антисемитизм без ущерба для себя перекочевал из поры лучины, парусных кораблей и ручных прялок в эпоху реактивных двигателей, атомных реактороб и электронных машин.

    Антисемитизм никогда не является целью, антисемитизм всегда лишь средство, он мерило противоречий, не имеющих выхода. Антисемитизм есть зеркало собственных недостатков отдельных людей, общественных устройств и государственных систем. Скажи мне, в чем ты обвиняешь евреев, и я скажу, в чем ты сам виноват. Ненависть к отечественному крепостному праву, даже в сознании борца за свободу, шлиссельбургского арестанта, крестьянина Олейничука, выражается как ненависть к ляхам и жидам. И даже гениальный Достоевский увидел жида-ростовщика там, где должен был различить безжалостные глаза русского подрядчика, крепостника и заводчика. Национал-социализм, одарив вымышленное им мировое еврейство чертами расизма, жаждой власти над миром, космополитическим безразличием к немецкой родине, навязал евреям свои собственные черты. Но это лишь одна из сторон антисемитизма.

    Антисемитизм есть выражение бездарности, неспособности победить в равноправной жизненной борьбе, всюду – в науке, в торговле, в ремесле, в живописи.

    Антисемитизм – мера человеческой бездарности. Государства ищут объяснения своей неудачливости в происках мирового еврейства. Но это одна из сторон антисемитизма.

    Антисемитизм есть выражение несознательности народных масс, неспособных разобраться в причинах своих бедствий и страданий. В евреях, а не в государственном и общественном устройстве видят невежественные люди причины своих бедствий. Но и это массовое проявление антисемитизма – одна из сторон его.

    Антисемитизм – мерило религиозных предрассудков, тлеющих в низах общества. Но и это лишь одна из сторон антисемитизма. Отвращение к внешности еврея, его речи, к его пище не есть, конечно, истинная причина физиологического антисемитизма. Ведь человек, с отвращением говорящий о курчавых волосах еврея, о его жестикуляции, восхищается чёрными, курчавыми волосами детей на картинах Мурильо, безразличен к гортанному говору, жестикуляции армян, дружелюбно поглядывают на синегубого негра.

    Антисемитизм – явление особое в ряду преследований, которым подвергаются национальные меньшинства. Это явление особое, потому что историческая судьба евреев складывалась своеобразно, особо. Подобно тому, как тень человека дает представление о его фигуре, так и антисемитизм дает представление об исторической судьбе и пути евреев. История еврейства сплелась и соединилась со многими вопросами мировой политической и религиозной жизни. Это первая особенность еврейского национального меньшинства. Евреи живут почти во всех странах мира. Такое необычайное широкое распространение национального меньшинства в обоих полушариях Земли представляет вторую особенность евреев. В пору расцвета торгового капитала появились евреи торговцы и ростовщики. В пору расцвета промышленности многие евреи проявили себя в технике и промышленности. В атомную эру немало талантливых евреев работает по атомной физике. В пору революционной борьбы немало евреев проявили себя как выдающиеся деятели революции. Они – то национальное меньшинство, которое не отбрасывается на общественную, географическую периферию, а стремится проявить себя на направлении главного движения в развитии идеологических и производственных сил. В этом третья особенность еврейского национального меньшинства. Часть еврейского меньшинства ассимилируется, растворяется в коренном населении страны, а народная, широкая основа еврейства сохраняет национальное в языке, религии, быте.

    Антисемитизм сделал своим правилом изобличать ассимилированную часть еврейства в тайных национальных и религиозных устремлениях, а органическую часть еврейства, занимающуюся ремеслами, физическим трудом, делать ответственной за тех, кто участвует в революции, управлении промышленностью, создании атомных реакторов, акционерных обществ и банков. Названные особенности бывают присущи порознь тому или другому национальному меньшинству, но, кажется, одни лишь евреи объединили в себе эти особенности.

    Антисемитизм тоже отразил на себе эти особенности, он тоже слился с главными вопросами мировой политической, идеологической, религиозной жизни. В этом – зловещая особенность антисемитизма. Пламя его костров освещает самые ужасные времена истории. Когда Возрождение вторглось в пустыню католического средневековья, мир тьмы зажёг костры инквизиции. Их огонь осветил не только силу зла, но и картину гибели его. В двадцатом веке обречённый гибели старый национальный уклад физически отсталых и неудачливых государств зажёг костры Освенцима, люблинских и треблинкских крематориев. Их пламя осветило не только краткое фашистское торжество.Это пламя предсказало миру, что фашизм обречён. К антисемитизму прибегают перед неменуемым свершением судьбы и всемирно-исторические эпохи, и правительства реакционных, неудачливых государств, и отдельные люди, стремящиеся выправить свою неудачную жизнь. Были ли случаи на протяжении двух тысячелетий, когда свобода, человечность пользовались антисемитизмом как средством своей борьбы? Может быть, и были, но я не знаю таких.

    Бытовой антисемитизм – бескровный антисемитизм. Он свидетельствует, что в мире существуют завистливые дураки и неудачники. В демократических странах может возникнуть общественный антисемитизм – он проявляется в прессе, представляющей те или иные реакционные группы, в действиях этих реакционных групп, например, в бойкоте еврейского труда либо еврейских товаров, в религии и идеологии реакционеров. В тоталитарных странах, где общество отсутствует, антисемитизм может быть лишь государственным.

    Государственный антисемитизм – свидетельство того, что государство пытается опереться на дураков, реакционеров, неудачников, на тьму суеверных и злобу голодных. Такой антисемитизм бывает на первой стадии дискриминационным: государство ограничивает евреев в выборе местожительства, профессии, праве занимать высшие должности, в праве поступать в учебные заведения и получать научные звания, степени и т. д. Затем государственный антисемитизм становится истребительным. В эпохи, когда всемирная реакция вступает в гибельный для себя бой с силами свободы, антисемитизм становится для неё государственной, партийной идеей. Так случилось в двадцатом веке, в эпоху фашизма и социализма. ( Из книги ”Жизнь и судьба”, ч. 2; гл.32. Роман опубликован впервые в 1988 году в журнале ”Октябрь” , глава об антисемитизме была удалена цензурой и была опубликована только в последующих изданиях сочинений писателя – А.З.)

    *****

    Нет евреев на Украине. Всюду — в Полтаве, Харькове, Кременчуге, Борисполе, Яготине — во всех городах и в сотнях местечек, в ячах сел ты не встретишь черных заплаканных девичьих глаз, не услышишь грустного голоса старушки – не увидишь смуглого личика голодного ребенка. Безмолвие. Тишина. Народ злодейски убит. Убиты старые ремесленники, опытные мастера: портные, шапочники, сапожники, медники, ювелиры, маляры, скорняки, переплетчики; убиты рабочие — носильщики, механики, электромонтеры, столяры, каменщики, слесари; убиты балаголы, трактористы, шоферы, деревообделочники; убиты водовозы, мельники, пекари, повара; убиты врачи — терапевты, зубные техники, хирурги, гинекологи; убиты ученые — бактериологи и биохимики, директора университетских клиник, учителя истории, алгебры и тригонометрии; убиты приват-доценты, ассистенты кафедр, кандидаты и доктора всевозможных наук; убиты инженеры — металлурги, мостовики, архитекторы, паровозостроители; убиты бухгалтеры, счетоводы, торговые работники, агенты снабжения, секретари, ночные сторожа; убиты учительницы, швеи; убиты бабушки, умевшие вязать чулки и печь вкусное печенье, варить бульон и делать струдель с орехами и яблоками, и убиты бабушки, которые не были мастерицами на все руки — они только умели любить своих детей и детей своих детей; убиты женщины, которые были преданы своим мужьям, и убиты легкомысленные женщины; убиты красивые девушки, ученые студентки и веселые школьницы; убиты некрасивые и глупые; убиты горбатые, убиты певицы, убиты слепые, убиты глухонемые, убиты скрипачи и пианисты, убиты двухлетние и трехлетние, убиты восьмидесятилетние старики с катарактами на мутных глазах, с холодными прозрачными пальцами и тихими голосами, словно шелестящая бумага, и убиты кричащие младенцы, жадно сосавшие материнскую грудь до последней своей минуты.

    Все убиты, много сотен тысяч — миллион евреев на Украине. Это не смерть на войне с оружием в руках, смерть людей, где-то оставивших дом, семью, поле, песни, книги, традиции, историю. Это убийство народа, убийство дома, семьи, книги, веры. Это убийство древа жизни, это смерть корней, не только ветвей и листьев. Это убийство души и тела народа, убийство великого трудового опыта, накопленного тысячами умных, талантливых мастеров своего дела и интеллигентов в течение долгих поколений. Это убийство народной морали, традиций, веселых народных преданий, переходящих от дедов к внукам. Это убийство воспоминаний и грустных песен, народной поэзии о веселой и горькой жизни. Это разрушение домашних гнезд и кладбищ. Это уничтожение народа, который столетиями жил по соседству с украинским народом, вместе с ним трудился, деля радость и горе на одной и той же земле.

    Во всех книгах наших великих писателей, рисующих жизнь Украины, – в произведениях Гоголя, Чехова, Короленко, Горького, где говорится о временах печальных и страшных или же о тихих и мирных, в “Тарасе Бульбе” Гоголя, в “Степи” Чехова, в удивительных и чистых рассказах Короленко — всюду упоминаются евреи. Да иначе и быть не могло! Все мы, родившиеся и выросшие на Украине, впитали в себя картины жизни еврейского народа в ее городах и селах.

    Вспомните субботние дни, стариков с молитвенниками в руках, тихие весенние вечера; вспомните этих старых людей, как они стоят в кружок, и беседа их полна мудрости; вспомните степенных местечковых сапожников, как они сидят на низких скамеечках в своих домишках; вспомните наивные смешные вывески над дверьми слесарных и шапочных мастерских; вспомните запорошенных мучной пылью бин­дюжников в фартуках из мешковины; стареньких бабушек в длинных юбках, торгующих с лотков карамельками и яблоками: черноглазых кудрявых ребятишек, бегающих и копошащихся в песке, — их головы со светлыми головками их украинских друзей перемешаны, как цветы, рассыпанные щедрой рукой жизни по богатой и благословенной украинской земле. Здесь жили наши деды, наши матери здесь нас пожали, здесь родились матери наших сыновей. Здесь пролито столько еврейского пота и слез, что, пожалуй, никому не придет в голову считать еврея гостем на чужой земле… Где сотни тысяч евреев, стариков и детей? Куда девался миллион людей, которые три года назад мирно жили вместе с украинцами, жили и трудились на этой земле?… Если в местечке жило сто евреев, то убили сто, все сто и не меньше; если в большом городе жило пятьдесят пять тысяч, то убили пятьдесят пять тысяч, и ни одним человеком меньше. Подчеркнем, что истребление проводилось по точным, скрупулезно составленным спискам, что в этих списках не были пропущены ни столетние старики, ни грудные младенцы. В эти списки смерти были внесены все евреи, которых немцы встретили на Украине, — все до одного…
    Eвреев фашисты уничтожают только за то, что они евреи. Для немцев не существует евреев, которые имели бы право жить на свете. Быть евреем — это и есть самое большое преступление, и за него лишают жизни. Вот так немцы поубивали всех евреев на Украине. Так они уничтожили евреев во многих других странах Европы. (Из статьи ”Украина без евреев”, сентябрь 1943.  Текст сохранился, напечатанный в переводе на идиш в еврейской газете “Эйникайт”.  Восстановлен в обратном переводе с идиша на русский язык  поэтессой Рахиль Баумволь – А.З.)

               Комментарий: Мальчик, рожденный в еврейской семье, получил подобающие имя и отчество — Иосиф Соломонович. По-еврейски Гроссман знал лишь несколько слов, слышанных в детстве на бердичевских улицах. Зато прекрасно владел французским: во-первых, его преподавала мама, а во-вторых, два года мальчик провел в Швейцарии. Его библейское имя тоже вскоре было забыто благодаря русской няне. Родительское “Йося” она переделала в русское “Вася”, да так прочно, что даже отец с матерью скоро звали сына только Васей — и в письмах, и в разговорах. Гроссман начал привыкать к своему будущему литературному псевдониму задолго до того, как стал писателем… Готовый роман Гроссман предложил журналу “Знамя”. Редактор журнала, ознакомившись с рукописью, немедленно доложил о ней в высокую партийную инстанцию. А дальше все пошло в лучших традициях тридцать седьмого года: ночью на квартиру писателя явились незваные гости. Самого писателя, правда, они не арестовали – репрессировано было его произведение, все экземпляры рукописи романа “Жизнь и судьба”, черновики и записи были изъяты и увезены. И подобно тому, как в известные времена люди обивали пороги “соответствующих органов” в надежде что-нибудь узнать о своих исчезнувших мужьях, братьях, сыновьях, так теперь метался писатель Василий Гроссман в поисках своего литературного детища. Наконец ему удалось пробиться к главному идеологу режима – Михаилу Андреевичу Суслову. Ему было сказано, что изъятие романа произведено для его же, Гроссмана, блага, ибо, попади рукописи за границу и будь там роман издан, это нанесло бы серьезный ущерб безопасности и престижу Советского Союза, за что ему, Гроссману, пришлось бы очень строго ответить.” Но не за границей, а у нас, в Советском Союзе, возможно будет издать этот роман?” – почти с отчаянием спросил Гроссман, на что Суслов издевательски ответил:” Возможно. Через двести лет” Высокопоставленный партократ, однако, ошибся. Роман “Жизнь и судьба” увидел свет значительно раньше. Был найден каким-то чудом уцелевший машинописный экземпляр крамольного романа, и он был издан в 1990 году в двух томах, как и планировал его автор. Роман “Жизнь и судьба” произвел огромное впечатление масштабностью охватываемых в нем событий и явлений, глубиной писательского проникновения в их суть и смысл, выразительностью художественных образов. Многие ставили его рядом с “Войной и миром”. Но сам автор не узнал о выходе романа. И не узнает никогда. Василий Гроссман ушел из жизни задолго до этого -талантливый, умный и честный человек, писатель-гуманист, по-настоящему, всем своим сознанием преданный идеям человечности, справедливости, взаимопонимания между людьми всех народов и рас.Несправедливо злобно оболганный, замалчиваемый и бойкотируемый, он не дожил и до шестидесяти лет.

    P.S. Прочитайте. О Василии Гроссмане и его книгах
    P.S. Прочтите. Последнее письмо матери сыну

     
     *****

    С евреем вечно остается его происхождение, а вокруг и рядом – вечно остается шустрый и не любимый никем народ, к которому он от рождения принадлежит. И принадлежность эта начинает его больно тяготить. И его ход мыслей (а точнее – ощущений) мы легко (хотя и очень приблизительно) можем себе представить. Попытаемся? Я довольно многого добился и достиг в этой нелегкой жизни. Мои способности, мое усердие, мое желание не быть последним, чем бы я ни занимался, принесли свои плоды.Я – нужный и уважаемый член этого общества, что бы я о нем ни думал. Разумеется, в стране, устроенной разумно, я достиг бы много большего и меньшими усилиями, но я родился тут и здесь живу. Все хорошо и правильно за исключением того, что я всё время помню: я – еврей.А я ведь настоящий русский (немец, англичанин,француз, испанец). Я владею языком на много лучше большинства коренного населения этой страны, я в точности такой же по одежде, по привычкам, поведению и отношениям с людьми. Литература и история этой страны – родные мне, они запечатлелись у меня в душе и памяти. Я нужен здесь и уважаем всеми, с кем общаюсь. И одновременно я чужой. Неуловимо я другой, чем те, с которыми хочу быть настоящим земляком. Они это знают, чувствуют и часто, слишком часто дают почувствовать и мне. Поскольку я еврей. И самое обидное, что я себя евреем ощущаю. И друзья мои ближайшие – евреи: С ними мне легко и интересно…

  • Почему мы так и не сумели раствориться? Почему на нас всех так явственно клеймо (иного не найду я слова)принадлежности к той нации, которую никто нигде не любит? И вполне заслуженно, если поближе присмотреться. Эти юркие, пронырливые, цепкие, настырные, бесцеремонные до наглости, всюду проникающие люди – неужели я такой же только потому, что я из этой же породы? Самоуверенность, апломб, неловко скрытое высокомерие с непостижимой легкостью сменяются у них пугливостью, униженным смирением, готовностью терпеть обиды и сносить насмешки. Втираются они всюду, куда только удается втереться.Корыстолюбие, угодливость, услужливость – и тут же назойливая тяга к равенству, хотя своим они готовы помогать в ущерб всему. А нескрываемая их симпатия друг к другу и стремление кучковатъся среди своих? По самой своей сути торгаши, они готовы заниматься чем угодно во имя процветания и прибыли.
  • За евреев-проходимцев мне так стыдно, словно это моя близкая родня. За что же мне такое наказание? И в том, что их не любят все и всюду – что-то есть, дыма без огня не бывает, невозможно, чтобы ошибались сразу все, везде и все века подряд. Нет, нет, ассимиляция и растворение – единственное, что способно выручить мой низкий и самоуверенный народ. Пусть станет он таким, как я, и я тогда смогу не стыдиться своей к нему принадлежности…Обо всём этом с разной степенью сдержанности говорили и писали люди разные, а для примера назову я столь несхожие имена, как Карл Маркс и Борис Пастернак.
  •  

    *****

    Но я правда Израиль очень люблю, потому что страна просто уникальная, на мой взгляд. Во первых, потому что она существует чудом. Потому что при таком количестве мудаков, как у нас в парламенте, в правительстве и всюду, это поразительно. Во вторых, есть гениальный миф антисемитов, о том, что все евреи умные – это самое гениальное. Мы же под ним жили в России. Ведь как еврей, то он или врач, или младший научный сотрудник, очки, начитанность, такая общая поёбанность во взоре и повадках, а здесь полным полно жизнерадостных полных идиотов. Я никогда столько не видел. То есть меня очень радует, что мы оказались обычным народом, со своим пропорциональным количеством идиотов, подонков, и т.д.

     

    *****
     
    За всё на евреев найдётся судья.
    За живость, за ум, за сутулость,
    За то, что еврейка стреляла в вождя,
    За то, что она промахнулась.

    *****

    Вечно и нисколько не старея,
    Всюду и в любое время года
    Длится, где сойдутся два еврея,
    Спор о судьбах русского народа.
     

    *****

    Мы ведь жили в России в обаянии гениального мифа, который, видимо, придумали антисемиты и юдофобы: еврей, как правило, – научный сотрудник, бухгалтер, экономист. Человек с интеллигентинкой, более или менее умен. Миф развеялся немедленно. У нас чудовищное количество идиотов по-еврейски: зашоренные, с диким апломбом и категоричностью суждений. Кроме прочего, оказалось: мы фантастически разные – евреи йеменские, марокканские, бухарские, эфиопы, российские, западные. Все скроены по форме сосуда, где росли от рождения. Поэтому у нас перманентно происходят распри на почве культурных, этнических и иных различий. Не говоря уж о дискуссиях между ортодоксами, верующими и светской частью…

     

    *****
    Евреи ведь далеко не так умны, как думает о них весь мир. Самый гениальный миф, которые придумали антисемиты, это миф о том, что все евреи — умные. Когда ты живешь в Израиле, то видишь насколько еврейский ум уравновешен еврейским же идиотизмом. ( Из интервью на сайте Jewish.ru 29.09.2004 – А.З.)
     
     
     
     *****

    Я очень люблю Израиль. Это фантастическая страна! Огромное количество людей кричит, жалуется и ругает Израиль. Там действительно трудно жить, потому что климат жаркий и опасность просто висит в воздухе. И, кроме того, там много евреев! Больше всех жалуются обеспеченные люди. Они полагают: если такого добились в Израиле, то чего бы достигли в Америке! А сама страна – прекрасная, камни пахнут историей. Словом, мне там хорошо. Настолько, что даже не могу это выразить словами. Но Россия – тоже моя Родина. Вот такой парадокс. Я – еврей, живущий в Израиле, но пишущий на русском языке. А мой любимый стишок об Израиле такой:

     Здесь еврей и ты, и я,
    Мы – единая семья.
    От Шаббата до Шаббата
    Брат нае…вает брата.

  • Знаете, вообще, если вы хотите разговаривать всерьез, то нам ведь присуще поносительство собственного народа. Это настолько уникальное свойство, оно, во-первых, выражается в диком количестве самоиздевательского юмора, потому что юмор про евреев, сплошь придумывают сами евреи, поскольку я много таких людей знаю, и сам к ним отношусь, то я точно знаю, как это получается… Безусловно, это ( юмор – А.З.) способ выживания, который помогал нам в течение тысячелетий. Нашему народу присуща уникальная способность смеяться над самим собой. Я не числю этой способности за другими народами, и ею надо гордиться.
  • Да, мы жутко разобщены, но вместе с тем, как прежде, евреи отчисляли каждую десятину на храм, так и сейчас, чуть ли не весь мир – отдельные персоны, куча организаций – постоянно помогает нашему государству, населению…
  • Есть абсолютно глубокая убежденность – мирное сосуществование невозможно, мы обречены на непрерывное противостояние. Уверен, наша маленькая держава устоит, но тягости будут сопровождать нас всегда. Потому что мы – бельмо в глазу восточной цивилизации со всеми ее прелестями и недостатками. Мы как некая маленькая Америка, ее сколок на Востоке. Наконец, Израиль, по-моему, в мировом общественном мнении превратился в “коллективного еврея”. А отношение к еврею во все века было известным. И до сих пор не изменилось… Если бы у нас не было подобной истории, вечного противоборства и необходимости выжить, мы бы не стали тем народом, каким нас знают…
  • Израиль – очень заразительная страна. Я стремительно стал патриотом, о чем никогда не думал. “Патриотизм” в моих устах слово бранное. Его затаскали комсомольские вожаки Страны Советов. И теперь его здесь замасливают, засаливают, загрязняют. Тем не менее, другого слова нет. Кажется, те же чувства питают мои дети. Что будет с внуками, не знаю, но уезжать никто не собирается…
  • Ведь у нас нередко возмущаются: мы, евреи, носители невероятно высокой культуры, а приехали в страшно отсталую страну. Чушь собачья! Замечательная субкультура у всех приехавших сюда из разных стран. В частности, культуру пьянства, безусловно, привезли мы, российские евреи. Однако за минувшие десятилетия не смогли заразить коренных жителей Земли обетованной. Когда собирается местная компания, бутылка сухого вина часто остается не открытой. Они пьют соки, а гуляют, словно напились – поют, пляшут. Завидно и странно…
  • Мы, немолодые, битые евреи, естественно, по-разному смотрим на Россию. Как говорится, у двух евреев три точки зрения – спорим ужасно. Не могу сказать: страна на подъеме. Но она на пути к свободе, которая обернулась пока мутной гнусью вопреки нашим мечтам в 60-е годы. Мы полагали: если дать свободу, все дальше произойдет автоматически. Как видите, хорошего случилось маловато. Но часто за Россию бывает страшно и стыдно – она не идет к тому, чтобы через два-три поколения ее граждан стать цивилизованной страной…
  • Я привык к тому, что евреи в той или иной стране становятся чрезвычайно активной частью местного населения. Но в провинциальных российских городах, где я бывал (более двух десятков), подобный расклад менее заметен. Огромное количество россиян, в том числе миллионеров, такие же воры, бандиты, рэкетиры, убийцы. Мне кажется, процентная норма 5-го пункта ныне почти соблюдена. Может, чуть преувеличена, как всегда, в науке, искусстве, особенно в эстраде. Кстати, я бы Ходорковского немного отвел в сторону от Березовского и Гусинского – у последних разные игры. Удивляет, что россияне, с которыми я беседую, на это не обращают внимания. Возникает ощущение: сегодня еврейского вопроса (ущемление прав) в России нет.
  • *****

    Кто бы там и что ни говорил, а самая поразительная еврейская черта – это, конечно, неприязнь к евреям. Ни один в мире народ не сочинил сам о себе такого количества анекдотов, шуток и издевательских историй.

    *****

    Я абсолютно убеждён(а если довелось бы спорить,то готов поставить любую свою ногу против кочана капусты),что мерзкую идею о делении народа на евреев и жидов сочинили наши соплеменники. В ней ярко светит подлое и жалкое желание любой ценою отделить себя от вековечной участи народа, заранее обезопаситься и спастись таким психологическим предательством…Десятками всречал я человеческую гнусь, которая эту идею прокламировала, и ни разу мне такое не сказал достойный человек.Это весьма удобная психологическая щель для неудачников, для прохиндеев, для завистников и всех,кто ищет крайнего в невзгодах своего существования.

    *****

    Евреев очень мало на планете, но каждого еврея очень много!

    *****

    Везде одинаков Господен посев,
    И врут нам о разности наций.
    Все люди евреи, и просто не все
    Нашли в себе смелость признаться.
    *****

    С ранних лет и в большинстве стран света ощущает юный еврей свою чужеродность окружающим сверстникам.Ему о ней напоминают, именно о ней талдычат ему родители:есть у тебя изъян(или особенность) – ты должен быть усердным и старательным гораздо более, чем остальные…

    *****

    Еврейскому народу веками было свойственно над собой смеяться, в совершенно чудовищных, безвыходных обстоятельствах, и я думаю, что это спасало народ в целом за все тысячелетия длинной истории. Есть совершенно гениальная еврейская притча, как во время погрома еврея распяли на воротах его дома, как Христа, и, когда ушли погромщики, его сосед, который не смел помочь, потому что боялся, вышел и говорит: «Больно?», а тот отвечает: «Только когда смеюсь».
    Это, пожалуй, основополагающая наша черта. Миллионы наблюдательны в отношении соседа, но не в отношении себя.
    А евреи смеются даже над собой, и я очень многих таких знаю
    и думаю, это очень целебно.

               Комментерий: Матерщинник, хулиган, бабник, выпивоха, неисправимый жизнелюб. Самый весёлый на свете антисоветчик, когда-то выдавший крылатое: ”Вожди дороже нам вдвойне, когда они уже в стене”. Поэт, чьи элегантные «гарики» разошлись по всему Союзу, над властью посмеялся всласть. За это он получил пять лет лагерей и выдворение из страны – достойная награда за свободный смех. Зато цетировать Губермана нынче – признак хорошего тона. В России любят Игоря Губермана. Не потому что еврей, и не вопреки тому, что еврей. А потому, что чертовски обаятелен и талантлив. А тот, кто не любит, тот уважает. Тут магия личности, судьбы, некая энергетика, идущая от человека и от того, что он пишет. Юмор, самоирония, откровенность высказанных мыслей, отсутствие боязни задеть “священных коров”, да и нежелание заигрывать с этими коровами и менять свое мнение в зависимости от вкусов читательских. Все это играет роль в той зыбкой субстанции, которая называется любовью читательской аудитории.

    P.S. Послушайте. Губерман о России.

     

    *****

    Во Францию постепенно влезает гнусная еврейская душа.

    *****

    Можно было бы написать интересную книгу о евреях в эпоху Средних веков. Их ненавидели глубоко, но и насколько же они были достойны ненависти! Их презирали от всей души, но и какова же была их собственная низость?!.. Народ-Богоубийца был и воровским народом. Он грабил назареев, как он называл христиан, ни мало не стесняясь, почему и становился, наконец, жертвой собственной жадности. Во время похода Петра Пустынника крестоносцы, увлекаясь религиозным рвением, поклялись истребить всех жидов, которых встретят на своём пути, и они свой обет исполнили. Но это было лишь возмездием за ханаанские убийства, совершаемые самими же евреями. Суарец справедливо замечает, что иудеи вырезали своих соседей во имя благочестия, которое было понято ими хорошо, тогда как крестоносцы истребляли евреев ради того же благочестия, но понятого ими дурно.

              Комментарий: Известно, что Виктор Гюго не был враждебен евреям и его отзыв о них, мягко говоря, удивляет. После убийства в Петербурге 1 марта 1881 года царя Александра II по югу России прокатилась волна еврейских погромов. Международная общественность выступила с гневным осуждением еврейских погромов в России. Во Франции организовали Комитет помощи евреям России, председателем которого стал Виктор Гюго. Он выпустил воззвание с протестом против погромов Это воззвание перепечатывалось всей европейской прессой. И ещё. Когда убийц царя Александра II приговорили к смертной казни, в защиту террористки беременной Геси Гельфман с открытым письмом к русскому правительству обратился Виктор Гюго, и наконец Александр III заменил ей смертную казнь на вечную каторгу.

     *****

    Меня поражает мужество израильтян в этой ситуации. Когда на улице Дизенгоф взорвали автобус, на следующий день автобусы на этом маршруте (шестнадцатом, по-моему) были переполнены: люди словно хотели показать: а мы все равно не боимся!… Это и впрямь страна постоянного изумления, там происходят самые настоящие чудеса. Как-то раз мы поздно ночью ехали из Тель-Авива в Иерусалим, и у нас кончился бензин. А денег при себе не было. Останавливаемся возле бензоколонки, а там — банкомат. Смотрю — оттуда выползает бумажка в 50 шекелей… Откуда она там взялась — до сих пор для меня загадка… Иерусалим — святое место. Я — русский, православный, а жена моя — еврейка: я хожу молиться с ней к Стене Плача, а она — со мной в храм Гроба Господня. Б-г един, только пути к Нему разные. Я объездил полмира, был в Токио, Барселоне, Париже… Но самый поразительный город на свете — Иерусалим.

    *****

    И ещё одно замечание: как Москва принадлежит всем русским, где бы они ни жили, так и Иерусалим принадлежит всем евреям мира…Как звезда, которая сияла волхвам, так и идея сохранения мира Иерусалиму должна светить израильтянам.

    *****

    Прежде чем туда поехать, я готовился. Я перечитал огромное количество литературы. И когда все это я увидел, я понял, что эта земля, вот это даже не объяснишь, эта земля имеет какую-то особую ауру. И в этой ауре ты не имеешь права быть черным телом, черным продуктом, я не знаю, как еще назвать… черным явлением. Не имеешь права, потому что она слишком… Ты не имеешь права это запачкать. Не имеешь права это очернить. Поэтому я пишу до сих пор стихи об этой земле. Я скучаю. У меня вот в этой книге и в других книгах написано, что я скучаю, я вот опять должен покидать Израиль, а мне не хочется. И столько стихов, и все это часть жизни. И поэтому мне так приятно, когда я приезжаю туда. Ты знаешь, в последний раз меня чуть не до слез растрогало, когда мы прилетели в Тель-Авив, прошли таможню, идем по новому очень красивому аэропорту, вокруг много встречающих… И вдруг раздаются аплодисменты. Я смотрю по сторонам… Оказывается, это меня встречают! Незнакомые мне люди зааплодировали, увидев меня. Мы знаешь, это дорогого стоит! Это дорогого стоит! И я дорожу этим. И я горжусь этим. Потому что, конечно, какие-то люди, которые занимают совершенно другие позиции здесь, у нас в Москве, они меня не принимают, они меня могут осуждать и как угодно. А меня это не интересует. Меня не интересует. Я знаю, что самое главное – никогда не изменять себе. Никогда! Что бы ни случилось! Что значит – чересчур? ( В ответ на вопрос: ты, может быть, действительно чересчур любишь евреев? – А..З.) Ну как можно любить чересчур талантливых, умных и во многом несчастных людей, потому что такая история и столько пережито… Я это говорю, потому что я все это увидел. Увидел. Почувствовал. Узнал. Услышал …И все это – ну, это часть моей жизни. У меня три родины, честно сказать. Одна родина – это Тверь. Это где я родился, где могила моих предков, моих родителей. Вторая – это вообще Россия, потому что Россия – это государство. И вот третья – это Израиль. Да, я считаю, что это мой дом, который мне дал так много для моей жизни, для творчества, для понимания и для становления каких-то черт характера. Потому что там я почувствовал вот это мужество людей, которые каждый день испытывают… имеют риск погибнуть, риск потерять близких. ( Из беседы с В.Топаллером на RTVI, декабрь 2005 г. – А.З.)

    *****

    Взрывы в Израиле опасны для человечества, и стараюсь всеми доступными способами объяснить это моим согражданам. Цивилизация началась здесь, на этой земле. Сохранность цивилизации от покоя на этой земле и зависит…Конфликт не только географический – за владение тем или иным куском земли, и даже не только исторический – это конфликт цивилизаций. Разных цивилизаций. Здесь сказывается различие в скопившихся запасах культурных ценностей: у палестинцев он значительно меньше, в этом и таится глубинная опасность.

    *****

    Я мысленно повторяю – ”Мир тебе, великий Израиль! Мир и счастье вам, дорогие мои израильские соотечественники! Я люблю вас навсегда!”

     

     

    *****

    Я хочу обратиться к вам – как своим братьям по человечеству. Я хочу обратиться к вам, евреям, как украинец – как член украинской нации, к которой я с гордостью принадлежу. Бабий Яр – это трагедия всего человечества, но свершилась она на украинской земле. И потому украинец не имеет права забывать о ней так же, как и еврей. Бабий Яр – это наша общая трагедия, трагедия прежде всего еврейского и украинского народов. Эту трагедию принес нашим народам фашизм. Но не надо забывать, что фашизм начинается не с Бабьего Яра, им и не исчерпывается. Фашизм начинается с неуважения к человеку, а заканчивается уничтожением человека, уничтожением народов, – и необязательно только таким уничтожением, как в Бабьем Яру.

  • Сегодня в Бабьем Яру мы вспоминаем не только тех, кто тут погиб. Мы вспоминаем миллионы советских воинов – наших отцов, отдавших жизнь в борьбе против фашизма. Мы вспоминаем о жертвах и усилиях миллионов советских людей всех национальностей, самоотверженно трудившихся для победы над фашизмом. Мы должны думать о том, чтобы быть достойными их памяти, чтобы быть достойными того долга, который налагает на нас память о безмерности человеческих жертв, утраченных надежд, неосуществившихся порывов…
  • Достойны ли мы этой памяти? Видимо, нет, если и сегодня среди нас находят место различные формы человеконенавистничества, в том числе и та, которую мы называем истертым, ставшим банальным, но страшным словом – антисемитизм. Антисемитизм – явление интернациональное, существовавшее и существующее во всех обществах. К сожалению, не свободно от него и наше общество. В этом, возможно, и не было бы ничего удивительного, ведь антисемитизм – плод и спутник бескультурья и несвободы, первейшее и неминуемое порождение политического деспотизма, и преодолевается он – в масштабах целых обществ – нелегко и не сразу. Но удивляет другое: то, что на протяжении послевоенных десятилетий против него по сути не велось действенной борьбы, более того – он часто искусственно подпитывался. А во времена Сталина были откровенные, очевидные попытки сыграть на взаимных предубеждениях части украинцев и части евреев, попытки под видом еврейского буржуазного национализма, сионизма и т.д. – обрубать еврейскую национальную культуру, а под видом украинского буржуазного национализма – украинскую национальную культуру. Эти хитро обдуманные кампании принесли немало вреда обоим народам и не способствовали их сближению, они только прибавили еще одно горькое воспоминание в тяжелую историю обоих народов и в сложную историю их взаимоотношений.
  • Как украинцу мне стыдно, что и среди моей нации – как и среди других наций – есть антисемитизм, есть те позорные, недостойные человека явления, что называются антисемитизмом. Мы, украинцы, должны в своей среде бороться с любыми проявлениями антисемитизма или неуважения к еврею, непонимания еврейской проблемы. Вы, евреи, должны в своей среде бороться с теми, кто не уважает украинца, украинскую культуру, украинский язык, кто несправедливо видит в каждом украинце скрытого антисемита. Мы должны изжить всякое человеконенавистничество, преодолеть всяческие недоразумения и всей своей жизнью утвердить истинное братство. Казалось бы, кому как не нам понимать друг друга и кому как не нам преподать человечеству урок братского сожительства?
  • История наших народов настолько похожа в своем трагизме, что в библейских мотивах своего “Моисея” Иван Франко изобразил путь украинского народа в одеяниях еврейской легенды, а Леся Украинка одну из самых прославленных своих поэзий о трагедии Украины начала словами: “I ти колись боролась, мов Ізраїль…”. Великие сыновья обоих народов заповедали нам взаимопонимание и дружбу. С украинской землей связана жизнь трех наибольших еврейских писателей – Шолом-Алейхема, Ицхока-Лейбуша Переца и Менделе Мойхер-Сфорима. Они любили эту землю и учили творить на ней добро. Блестящий еврейский публицист Владимир Жаботинский выступал на стороне украинского народа в его борьбе против российского царизма и призывал еврейскую интеллигенцию поддерживать украинское национально-освободительное движение и украинскую культуру. Одним из последних гражданских актов Тараса Шевченко было известное выступление против юдофобской политики царского правительства. Леся Украинка, Иван Франко, Борис Гринченко, Степан Васильченко и другие выдающиеся украинские писатели хорошо знали и высоко ценили величие еврейской истории и еврейского духа, с искренней болью писали о страданиях еврейской бедноты. К сожалению, есть ряд факторов, не способствующих укоренению и расширению этой благородной традиции солидарности. Среди них – отсутствие действительной публичности, гласности в национальном деле, в результате чего вокруг наболевших вопросов создается своего рода “заговор молчания”.
  • Мы не можем оставлять вне своего внимания факты антисемитизма, шовинизма, неуважения к любой национальности, хамского отношения к любой национальной культуре и любому национальному языку. Хамства у нас премного, и нередко оно начинается с отказа от самого себя, от своей национальности, культуры, истории, хотя такой отказ не всегда бывает добровольным и не всегда человек в нем виновен. Путь к истинному, а не фальшивому братству – не в самопопирании, а в самопознании. Не отрекаться от себя и приспосабливаться к другим, а быть собою и других уважать. Евреи имеют право быть евреями, украинцы имеют право быть украинцами в полном и глубоком, а не только формальном значении этих слов. Пусть евреи знают еврейскую историю, еврейскую культуру, язык и гордятся ими. Пусть украинцы знают украинскую историю, культуру, язык и гордятся ими. Пусть они знают историю и культуру друг друга, историю и культуру других народов, умеют ценить себя и других – как своих собратьев. Достигнуть этого тяжело, но лучше стремиться к этому, чем безразлично махнуть рукой и плыть за волнами ассимиляторства и приспособленчества, добра от которых не будет, а будет лишь хамство, кощунство и скрытое человеконенавистничество.
  • А мы должны всей своей жизнью отвергнуть цивилизированное человеконенавистничество и общественное хамство. Ничего важнее этого теперь для нас нет, иначе все общественные идеалы теряют смысл. Это наш долг перед миллионами жертв деспотизма, это наш долг перед лучшими людьми украинского и еврейского народов, призывавших к взаимопониманию и дружбе, это наш долг перед украинской землей, на которой нам жить вместе, это наш долг перед человечеством. (Из речи, произнесенной 29 сентября 1966 года, в двадцать пятую годовщину массовых расстрелов евреев. Бабий Яр – А.З.)
  •  

     

    *****

    Я родился в эвакуации, в Уфе. С 1945 года жил в Ленинграде, считаю себя ленинградцем. Три года жил в Таллинне, работал в эстонской партийной газете. Потом меня оттуда выдворили: не было эстонской прописки. Вообще-то мать у меня армянка, отец еврей. Когда я родился, они решили, что жизнь моя будет более безоблачной, если я стану армянином, и я был записан в метрике как армянин. А затем, когда пришло время уезжать, вьыснилось, что для этого необходимо быть евреем. Став евреем в августе 1978 года, я получил формальную возможность уехать…Я знаю, что это кому-то кажется страшным позором, но у меня никогда не было ощущения, что я принадлежу к какой-то национальности. Я не говорю по-армянски. С другой стороны, по-еврейски я тоже не говорю, в еврейской среде не чувствую себя своим. В сущности еврей – это фамилия, профессия и облик. Бытует деликатный тип еврея с нейтральной фамилий, ординарной профессией и космополитической внешностью… Я, сын армянки и еврея, был размашисто заклеймен в печати, как “эстонский националист. (Из интервью журналу “Огонёк”, 1980 – А.З.)

    *****

    Так кто же мы наконец? Евреи или не евреи? В Союзе нам жилось легко и просто. Еврейство было чем-то нехорошим, второсортным… Бывало, что люди утаивали свое еврейство… Нормальные люди вели себя разумно. Не орали без повода – я еврей! Хоть и не скрывали этого. И вот мы приехали. Русские дамы с еврейскими мужьями. Еврейские мужчины с грузинскими женами. Дети-полукровки… И выяснилось, что быть евреем не каждому дано. Что еврей – это как почетное звание. И вновь мы слышим – докажи! Предъяви документы. Объясни, почему ты блондин. Почему без затруднений выговариваешь “р”?.. Между прочим, это и есть расизм. Будь евреем. Будь русским. Будь грузином. Будь тем, кем себя ощущаешь. Но будь еще кем-то, помимо этого.

    *****

    Овчарку звали её Голда. В этом сказывались дядино остроумие и едва заметный привкус антисемитизма. Многие армяне (особенно грузинские армяне) недолюбливают евреев. Хотя куда логичнее бы им недолюбливать русских, грузин или турок. Евреи тоже не питают к армянам особых чувств. Видимо, изгои не склонны любить других отверженных. Им больше нравится любить хозяев. Или на худой конец – себя.

    *****

    Умение шутить, даже зло, издевательски шутить в свой собственный адрес – прекрасная, благороднешая черта неистребимого еврейства.

    *****

    Что ты думаешь насчет евреев? – А что, евреи тоже люди. К нам в МТС прислали одного. Все думали – еврей, а оказался пьющим человеком.

    *****

    Один наш знакомый горделиво воскликнул: ”Меня на работе ценят даже антисемиты!” Моя жена в ответ говорила: ”Гитлера антисемиты ценили ещё больше.”

    *****

    Мы беседовали с классиком отечественной литературы – Пановой. «Конечно, – говорю, – я против антисемитизма. Но ключевые позиции в русском государстве должны занимать русские люди». «Дорогой мой, – сказала Вера Федоровна, – то, что вы сказали, – это и есть антисемитизм. Ибо ключевые позиции в русском государстве должны занимать НОРМАЛЬНЫЕ люди.

    *****

    Антисемитизм – лишь частный случай зла, я ни разу в жизни не встречал человека, который был бы антисемитом, а во всем остальном не отличался бы от нормальных людей.

    *****

    Около семи к Марусиному дому подкатил роскошный черный лимузин. Оттуда с шумом вылезли четырнадцать испанцев по фамилии Гонзалес. Это были: Теофилио Гонзалес, Хорхе Гонзалес, Джессика Гонзалес, Крис Гонзалес, Пи Эйч Ар Гонзалес, Лосариллио Гонзалес, Марио Гонзалес, Филуменио Гонзалес, Ник Гонзалес и Рауль Гонзалес. И так далее. Был даже среди них Арон Гонзалес. Этого не избежать. (Из повести ”Иностранка” – А.З.)

    *****

    Однажды я техреда Льва Захаровича назвал случайно Львом Абрамовичем. И тот вдруг смертельно обиделся. А я все думал, что же могло показаться ему столь уж оскорбительным? Наконец я понял ход его мыслей: “Сволочь! Моего отчества ты не запомнил. А запомнил только, гад, что я — еврей! ( Из записных книжек писателя – А.З.)

    *****

    Кнессет принял важное решение об аннексии Голанских высот. Решение Кнессета вызвало единодушное осуждение большинства мировых правительств. В том числе и правительства США. Все это порождает довольно грустные мысли.
    Я уже говорил, поведение государства и поведение человека – сопоставимы. Самозащита и обороноспособность – понятия адекватные. Разница в масштабах, а не в качестве. Попробуем взглянуть на это дело с житейской точки зрения. Я учился в послевоенной школе. К тому же – в довольно бандитском районе. Времена были жестокие. Окружающие то и дело пускали в ход кулаки. Меня это не касалось. Я был на удивление здоровым переростком. А теперь вообразите хилого мальчишку, наделенного чувством собственного достоинства. К тому же – еврея в очках. Да еще – по фамилии Лурье. Лурье приходилось очень туго. Местная шпана буквально не давала ему прохода. Раза три Лурье уходил домой с побитой физиономией. На четвертый раз взял кирпич и ударил по голове хулигана Мурашку. Лурье выбил ему шесть зубов “от клыка до клыка включительно”. (Так было сказано в милицейском протоколе.) Я знаю, что драться кирпичом – нехорошо. Что это не по-джентльменски. С точки зрения буквы Лурье достоин осуждения. Но в сущности Лурье был прав.
    От Израиля ждут джентльменского поведения. Израилю навязывают букву международного права… Я вспоминаю семьдесят третий год. Мы служили тогда в журнале “Костер”. Однажды Лосев (нынешний дартмутский профессор) раздобыл карту Ближнего Востока. И повесил ее в холле комсомольской редакции. Я взглянул и ужаснулся. Микроскопическая синяя точка. Слово “Израиль” не умещается. Конец – на территории Иордании. Начало – в Египте. А кругом внушительные пятна – розовые, желтые, зеленые. Есть такая расплывчатая юридическая формулировка – предел необходимой самообороны. Где лежит этот злополучный предел? Нужно ли дожидаться, пока тебя изувечит шайка бандитов? Или стоит заранее лягнуть одного ногой в мошонку? Казалось бы, так просто. Тем не менее прогрессивное человечество с дурацким единодушием осуждает Израиль. Прогрессивное человечество требует от Израиля благородного самоубийства. (Из газеты “Новый американец”,№ 98, 26 – 31 декабря 1981 г. – А.З.)
     

     

     

     

    *****

          С некоторого времени я стал получать от них (евреев) письма, и они серьёзно и с горечью упрекают меня за то, что я на них «нападаю», что я «ненавижу жида», ненавижу не за пороки его, «не как эксплуататора», а именно как племя, то есть вроде того, что: «Иуда, дескать, Христа продал»… Всего удивительнее мне то: как это и откуда я попал в ненавистники еврея как народа, как нации? Как эксплуататора и за некоторые пороки мне осуждать еврея отчасти дозволяется самими же этими господами, но — лишь на словах: на деле трудно найти что-нибудь раздражительнее и щепетильнее образованного еврея и обидчивее его, как еврея. Но опять-таки: когда и чем заявил я ненависть к еврею как к народу? Так как в сердце моём этой ненависти не было никогда, и те из евреев, которые знакомы со мной и были в сношениях со мной, это знают, то я, с самого начала и прежде всякого слова, с себя это обвинение снимаю, раз навсегда, с тем, чтоб уж потом об этом и не упоминать особенно.

    Уж не потому ли обвиняют меня в «ненависти», что я называю иногда еврея «жидом»? Но, во-первых, я не думал, что это было так обидно, а во-вторых, слово «жид», сколько помню, я упоминал всегда для обозначения известной идеи: «жид, жидовщина, жидовское царство» и прочее. Тут обозначалось известное понятие, направление, характеристика века. Можно спорить об этой идее, не соглашаться с нею, но не обижаться словом…

    Евреи всё кричат, что есть же и между ними хорошие люди. О боже! Да разве в этом дело? Да и вовсе мы не о хороших или дурных людях теперь говорим. И разве между теми нет тоже хороших людей? …Мы говорим о целом и об идее жидовской, охватывающей весь мир, вместо «неудавшегося» христианства…

    О, конечно, человек всегда и во все времена боготворил матерьялизм и наклонен был видеть и понимать свободу лишь в обеспечении себя накопленными изо всех сил и запасёнными всеми средствами деньгами. Но никогда эти стремления не возводились так откровенно и так поучительно в высший принцип… «Всяк на себя и только за себя» — вот нравственный принцип большинства теперешних людей, и даже не дурных людей, а напротив, трудящихся, не убивающих, не ворующих. А безжалостность к низшим массам, а падение братства, а эксплуатация бедного богатым, — о конечно, всё это было и прежде и всегда, но — не возводилось же на степень высшей правды и науки, но осуждалось же христианством, а теперь, напротив, возводится в добродетель… и что будет дальше — конечно, известно и самим евреям: близится их царство, полное их царство! Наступает полное торжество идей, перед которыми никнут чувства человеколюбия, жажда правды, чувства христианские, национальные и даже народной гордости европейских народов. Наступает, напротив, матерьялизм, слепая, плотоядная жажда личного матерьяльного обеспечения, жажда личного накопления денег всеми средствами — вот всё, что признано за высшую цель, за разумное, за свободу, вместо христианской идеи спасения лишь посредством теснейшего нравственного и братского единения людей…

    Русский народ всегда проявлял веротерпимость по отношению к евреям, чего не скажешь о евреях, «которые чуждались во многом русских, не хотели есть с ними, смотрели чуть не свысока (и это где же? в остроге!) и вообще выражали гадливость и брезгливость к русскому, к коренному народу». То же самое было и в солдатских казармах, и везде по всей России: «наведайтесь, спросите, обижают ли в казармах еврея как еврея, как жида, за веру, за обычай? Нигде не обижают, и так во всём народе».  ( Дневник писателя за 1877 год, январь-август, том 25, издательство «Наука» Ленинградское отделение, Ленинград, 1983 – А.З.)

    *****

    Всего удивительнее мне то, как это и откуда я попал в ненавистники еврея, как народа и нации.… Когда и чем заявил я ненависть к еврею? Так как в сердце моём этой ненависти не было никогда, и те из евреев, которые знакомы со мной и были в сношениях со мной, это знают, то я с самого начала и прежде всякого слова с себя это обвинение снимаю раз навсегда… У меня есть знакомые евреи, есть еврейки, приходящие и теперь ко мне за советами по разным предметам, а они читают “Дневник писателя”, и хотя щекотливые, как все евреи, за еврейство, но мне не враги, а напротив приходят.

    *****

    Не настали еще все времена и сроки, несмотря на протекшие сорок веков, и окончательное слово человечества об этом великом племени еще впереди… Я знаю, что в еврейском народе и теперь можно отделить довольно лиц, ищущих и жаждущих устранения недоумений, людей притом человеколюбивых, и не я буду молчать об этом, скрывая истину… Вопрос только в том: много ли удастся сделать этим новым, хорошим людям из евреев, и насколько сами они способны к новому и прекрасному делу настоящего братского единения?… И вовсе нечего ждать, пока все станут такими же хорошими, как и они, или очень многие: нужно очень немного таких, чтобы спасти мир, до того они сильны. А если так, то как же не надеяться?( Из дневника писателя, 1877 г. – А.З.)

    *****

    Уж не потому ли обвиняют меня в “ненависти”, что я называю иногда еврея “жидом”? Но, во-первых, я не думал, чтоб это было так обидно, а, во-вторых, я упоминал всегда для обозначения известной идеи: “жид, жидовщина, жидовское царство…”Жиды” все заодно, и если несколько богачей-евреев пользуются некоторым влиянием в Париже или Лондоне, то тысячи местечковых портных, старьёвщиков, мелких торговцев в российской черте оседлости не имеют причин жаловаться на своё бесправие и невозможность заработать кусок хлеба для своих семейств!

    *****

    Ну, что, если б это не евреев было в России три миллиона, а русских; а евреев было бы 80 миллионов – ну, во что обратились бы у них русские и как бы они их третировали? Дали бы они им сравняться с собой в правах? Не обратили бы прямо в рабов? Хуже того: не содрали бы кожу совсем? Не избили бы до тла, до окончательного истребления, как делали они с чужими народностями в старину, в древнюю свою историю? В окраинах наших спросите коренное население, что двигает евреев и что двигало их столько веков. Получите единогласный ответ: безжалостность; двигала их столько веков одна лишь к нам безжалостность и одна лишь жажда напитаться нашим потом и кровью…

    Укажите на какое-нибудь другое племя из русских инородцев, которое бы, по ужасному своему влиянию, могло бы равняться в этом смысле с евреем. Не найдёте такого; в этом смысле евреи сохраняют всю свою оригинальность перед другими русскими инородцами, а причина того, конечно, этот “статус ин стату” (государство в государстве) его, дух которого дышит именно этой безжалостностью ко всему, что не есть еврей, этим неуважением ко всякому народу и племени, и ко всякому человеческому существу, кто не есть еврей…

    Чтобы существовать сорок веков на земле, т.е. во весь исторический период человечества, да ещё в таком плотном и нерушимом единении; чтобы терять столько раз свою территорию, свою политическую независимость, законы, почти даже веру, терять и всякий раз опять соединяться, опять возрождаться в прежней идее, хоть и в другом виде, опять создавать себе и законы, и почти веру – нет, такой живучий народ, такой необыкновенно сильный и энергичный народ, такой беспримерный в мире народ не мог существовать без “государства в государстве”, которое он сохранял всегда и везде во время самых страшных тысячелетних рассеяний и гонений своих…

    Не вникая в суть и глубину предмета, можно изобразить хотя бы некоторые признаки этого “государства в государстве”, по крайней мере хоть наружно. Признаки эти: отчужденность и отчудимость на степени религиозного догмата, неслиянность, вера в то, что существует в мире лишь одна народная личность – еврей, а другие хоть есть, но всё равно надо считать, что как бы их не существовало. “Выйди из народов и составь свою особь, и знай, что с тех пор ты один у Бога, остальных истреби, или в рабов обрати, или эксплуатируй. Верь в победу над всем миром, верь что всё покорится тебе…А пока живи, гнушайся, единись и эксплуатируй, и ожидай…” Вот суть идеи этого “государства в государстве”, а затем, конечно, суть внутренние, а может быть, и таинственные законы, ограждающие эту идею… Приписывать это “государство в государстве” одним лишь гонениям и чувству самосохранения – недостаточно…

    Сильнейшие цивилизации в мире не достигали и до половины сорока веков и теряли политическую силу и племенной облик. Тут не одно самосохранение стоит главной причиной, а некая идея, движущая и влекущая нечто такое мировое и глубокое, о чём может быть человечество ещё не в силах произнести своего последнего слова…Жиды погубят Россию! (Из дневника писателя, 1877 г. – А.З.)

    *****

    Евреи все кричат, что есть же и между ними хорошие люди. О, Боже! Да разве в этом дело? Да и вовсе мы не о хороших или дурных людях теперь говорим. И разве между теми [еврейскими богачами] тоже нет хороших людей? Разве покойный парижский Джемс Ротшильд был дурным человеком? Мы говорим о целом и об идее его, мы говорим о жидовстве и об идее жидовства, охватывающей весь мир взамен “неудавшегося” христианства”. ( Из статьи “Еврейский вопрос” – А.З.)

    *****

    У нас здесь в литературе уже множество изданий, газет и журналов издается на жидовские деньги жидами (которых прибывает в литературу все больше и больше), и только редакторы, нанятые жидами, подписывают газету или журнал русскими именами – вот и все в них русского. Я думаю, что это только начало, но что жиды захватят гораздо еще больший круг действий… жид распространяется с ужасающей быстротой. А ведь жид и его кагал – это все равно, что заговор против русских!.. теперь жид торжествует и гнетет русского.

    Комментарий: Достоевский разделял расхожие юдофобские предрассудки своего времени. Он многократно преувеличивал могущество богатых евреев, которые, конечно, не управляли европейскими биржами, хотя и играли на них заметную роль; и он полагал, что “жиды” все заодно, и если несколько богачей-евреев пользуются некоторым влиянием в Париже или Лондоне, то тысячи местечковых портных, старьевщиков, мелких торговцев в российской черте оседлости не имеют причин жаловаться на свое бесправие и невозможность заработать кусок хлеба для своих семейств! Антисемиту следовало бы отомстить. Мстительность евреев порой носит странный характер. Они по-своему, очень своеобразно, но и очень жестоко отомстили антисемиту Достоевскому. Евреи – лучшие читатели Достоевского. Евреи глубже и сильнее всех прочих понимают Достоевского, особенно его религиозные метания и поиски, напряженность его исповедальческих откровений и вопрошаний. Обливаясь слезами и состраданием, евреи создали, несомненно, лучшую критическую и интерпретационную литературу по творчеству Достоевского. На всех языках и во всех европейских культурах, включая русскую.

    P.S. Прочитайте. Ф. М. Достоевский ”Еврейский вопрос”

    К Израилю я отношусь очень хорошо и считаю его не столько еврейским государством, сколько форпостом Запада на Ближнем Востоке. У меня самого отношения с еврейством очень сложные. У меня отец был евреем, а мама русская, хотя тоже не чистокровная, там есть польская и даже цыганская кровь. Я две нации Холокоста в себе несу: еврейскую и цыганскую, я на восьмушку цыган, хотя внешне этого и не скажешь. Я не являюсь человеком иудейской веры, я христианин, но при этом ощущаю себя евреем, когда евреев обижают. Я всегда очень тяжело реагирую на антисемитизм. На бытовой антисемитизм типа «Бей жидов!» уже не обращаю внимания. Тяжело я реагирую на философский антисемитизм, исторический. Когда, например, какие-то русские люди пишут в интернете на полном серьезе трактаты о том, что Гитлер и его рейх совершил великий крестовый поход против евреев. Но, к сожалению, сионисты оказались сильнее, а сионисты — это Черчилль, Сталин и Рузвельт. Мне, как человеку, у которого и отец, и мать воевали, и дядя погиб на войне, больно это слушать. Еще мне очень противен антиизраильский антисемитизм. Мне совершенно непонятно то какое-то странное упорство, с которым некоторые европейские страны придерживаются антиизраильской позиции. Причем считают, что арабы заранее правы, а израильтяне заранее неправы. Я понять этого не могу, и мне это всегда очень неприятно. Особенно если посмотреть на карту и увидеть, что такое Израиль и что такое мусульманский мир, который в сотни раз больше и по территории, и по населению. Сколько сейчас составляет население Израиля?  И полтора миллиарда мусульман — цифры несопоставимые. Так почему мировое сообщество не может стукнуть кулаком по столу и сказать: оставьте в покое этот кусочек земли, дайте им жить спокойно? Антисемитизм, наверное, является частью мировой политики, и, конечно, в этом смысле судьба Израиля глубоко трагична, она безысходна…  Да, целые тысячелетия Кто-то говорит, что евреи сами виноваты, они не имели собственного государства и при этом не погибли. Представьте себе, что в эпоху Древнего Рима какой-то там кельтский народец не смирился с завоеванием, ушел куда-то в леса и заявил: у нас своя религия, мы поклоняемся своим богам, у нас свой язык, мы, вроде бы, с вами, но мы не с вами… Вот вам и евреи. Или вроде того… Как странно устроен человек. Казалось бы, все было: страшная Первая мировая война, которую по жестокости просто заслонила Вторая мировая, Холокост, а все равно семя антисемитизма, посеянное еще тысячи лет назад, неискоренимо. Евреям предъявляется столько претензий, противоречивых, даже взаимоисключающих, что становится ясно — главная претензия в том, что они — евреи, и точка. Но если бы вдруг евреи заявили, что они отказываются от своей идентичности, — им бы не поверили и не позволили бы этого сделать… Как это происходило в Советском Союзе. Люди хотели отказаться от еврейской идентичности: «Да какой я еврей, я коммунист, человек русской культуры, мой папа и дедушка уже не знали еврейского языка, ну и что, что моя фамилия Шлимазлов, меня зовут Иван Петрович. Давайте пусть у меня будет фамилия Шаманов, можно?» «Нет, нельзя! Еврей — значит, еврей, от нас не скроешься!» Еврей нужен миру, чтобы мир ощутил себя кем-то. Без еврея нет европейского самосознания, Европе тогда нечего делать. Что делает нас христианами, в то время как они иудеи, что делает нас честными, в то время как они лживы, что нас делает простодушными, в то время как они хитрые, что нас делает наивными и романтичными, в то время как они циничные, что нас делает чистыми, в то время как от них воняет чесноком, что нас делает красивыми, в то время как они с огромными шнобелями?.. Известно, что году в 44-м в Германии, когда всех евреев отправили в лагеря, среди чистокровных арийцев находили «евреев по образу мыслей и кругу общения» — если ты против Гитлера и общаешься с разными умниками — значит, ты превратился в еврея… Как у нас еврей в Россию возвращается? Сначала это был еврей, потом студент-интеллигент, буржуй, какой-нибудь фашист, антисоветчик, снова интеллигент проклятый, либерал… Теперь опять еврей. Чем «хорош» и «полезен» еврей? Тем, что он всегда ставится в одни скобки с врагом. Допустим, то, что против Германии выступала Англия, понятно: на протяжении всего XIX века Британия была в противоборстве с Германией в плане колониальной экспансии, торговли, поэтому Британии соответствовала еврейско-английская армия. У нас кого сейчас ругают? Либералов. Либералы в одних скобках с евреями… Путин выделил деньги на Еврейский музей и центр толерантности. Я не про него говорю. Путин — политик, его поле деятельности — власть. Сегодня он скажет или сделает одно, завтра — другое. Я говорю в более широком смысле. А после этого поступка Путина широкие массы только смогли сказать, что жиды Путина купили. А потом появятся разговоры, что, может, он сам еврей? Многие так на самом деле и думают. Путин, Медведев… И Ельцин…  Все это говорит о том, что евреи — некая мифологическая фигура, это даже в народном сознании отрефлексировано, продумано. Мифологический Еврей с большой буквы и конкретный еврей, мировое еврейское зло и обычная жена-еврейка брата… А в моей семье еврейская тема как звучала?Только вот так, как я рассказываю. Языка не знали. Кстати, ужас Холокоста заключается еще и в том, что он полностью уничтожил всю идишистскую культуру — культуру всего восточноевропейского еврейства. Бабушка какие-то словечки знала, я до сих пор помню какие-то. Половина была русских слов, половина еврейских, на уровне каких-то бытовых смешных пословиц. Никаких религиозных связей не было еще и потому, что отец моей бабушки, мой прадед, был социал-демократом. Бабушка помнила, как ее брата за это не пускали в синагогу, она и ее брат учились в светской гимназии, а для религиозных евреев это малоприемлемые вещи… В моей последней книге «Архитектор и монах» Гитлер становится архитектором, Сталин — монахом.. Я хотел показать, что роль личности в истории значительно скромнее, чем предполагается. История Европы была крайне запрограммирована: война России и Германии, «решение» еврейского вопроса. Другое дело, что в моей книге еврейский вопрос решается по-другому, и его решает Российская империя. Тех евреев, которые согласны, ассимилируют, то меньшинство, которое не соглашается на ассимиляцию, выселяют на окраину страны типа Биробиджана, и около ста тысяч евреев гибнут в Восточной Европе в ходе стихийной резни, которая возникает в ходе русско-немецкой войны. Что тоже похоже на правду: мы знаем, что Холокост начался именно в Восточной Европе. В Германии к началу войны евреев, конечно, очень сильно угнетали и уничтожали, но там погибло сравнительно небольшое количество по сравнению с общими масштабами Холокоста: речь шла не о сотнях тысяч и тем более не о миллионах. Польша, Западная Украина, Прибалтика, Венгрия — там и евреев было больше, и местное население, хотя не очень хотят сейчас об этом говорить, приложило к этому руку. (Из интервью на сайте Jewish.ru  14.06.2013 – А.З.)