По ряду косвенных признаков я предполагал: Израиль должен что-то предпринять, чтобы уйти от “дорожной карты”. Безусловно, она в какой-то мере отстала от изменившегося положения дел, и Эхуд Ольмерт, став премьер-министром Израиля, дал понять, что Тель-Авив не будет цепляться за ее осуществление, более того, готов в одностороннем порядке обозначить свои границы. В этом смысле каких-то действий от Израиля я ожидал. Вдобавок мне было ясно, что Израиль склоняется самым решительным образом “обезвредить” ХАМАС, пришедший к власти в результате выборов. Последний возник много лет назад как чисто религиозная организация. Любопытно, что “Моссад”, израильская разведка, с ним тогда тесно сотрудничала, дабы создать противовес Организации освобождения Палестины. Позднее у ХАМАС появилось достаточно агрессивное военное крыло. Несмотря на то, что оно действовало автономно, пуповина с политической организацией не была перерезана.
Тем не менее, один из авторитетных руководителей “Моссада”, возглавлявший ее долгие годы, заявил, когда ХАМАС пришел к власти в Газе: следует рассчитывать, что ХАМАС, победивший на выборах демократическим путем, начнет эволюционировать и превратится в партнера на переговорах. Но Израиль не хотел выжидать. Это было заметно отчасти по тому, что началась блокада экономики Палестинской администрации. Тель-Авив перестал передавать ей деньги, собранные в качестве налогов с палестинцев, работающих на территории Израиля. Впрочем, мысль, что Израиль намерен не просто изолировать, а уничтожить ХАМАС, укрепилась у меня уже после моего разговора с министром иностранных дел Ципи Ливни. Она без всяких эвфемизмов объяснила, что никаких контактов с “убийцами, желающими уничтожить Израиль, не будет”.Внутренняя логика ближневосточного конфликта, прекращение всяческих переговоров по мирному урегулированию сгущали атмосферу. В таких условиях ХАМАС сам полез в драку, захватив в качестве заложника – это надо особо подчеркнуть – с израильской территории капрала. И уж полной неожиданностью стало предпринятое “Хизбаллой” возмутительное дежа вю (в данном случае, Примаков говорит о повторении действий Хамаса – А.З.) Как ни абсурдно, но, по-моему, главной целью похищения ею двух израильских солдат и убийства еще троих – стало стремление показать, что “Хизбалла” тоже озабочена собственным воинственным реноме.
Я много раз беседовал с главой Палестинской администрации Махмудом Аббасом (Абу Мазеном). И не было случая, чтобы он не пожаловался: израильтяне не выпускают из тюрем арестованных палестинцев. На всех встречах еще при Шароне звучал этот больной мотив. Вроде даже включили этот пункт по обоюдному согласию в готовящийся компромисс. Но Израиль тянул. Захват капрала – террористический акт, очевидно, по замыслу ХАМАС, должен был подтолкнуть Израиль к уступке. “Хизбалла”, в свою очередь, скопировала требование и завела речь об освобождении из израильских тюрем ливанцев.
Однако то, что сейчас делает Израиль, пусть даже будучи спровоцированным, вышло за рамки антитеррористической операции. Израиль по факту воюет не только против “Хизбаллы”, но и против мирных ливанцев. Поэтому, если вас интересует мое мнение, адекватной реакцией я называю переговоры. О возвращении пленных. О недопущении подобных варварских действий в дальнейшем. О суровом наказании террористов. Какими бы затяжными и нудными эти переговоры ни представлялись, разумной альтернативы им в данном случае я не вижу…
Меня сейчас особенно разочаровывает поведение американцев. Почему они не выступают за немедленное прекращение огня? Помимо традиционной для США непримиримости к террористам, тут, возможно, кроется что-то еще. Может быть, они замышляют втянуть Сирию? Может, рассчитывают, что, коли Сирия втянется, в войну вступит и Иран? И в таком случае хотят, чтобы Израиль стукнул по Ирану? Я не в курсе тайных планов американцев. Но не думаю, что они исходят из того, что разрушение Ливана приведет к исчезновению “Хизбаллы”.
К сожалению, и в арабском мире нет единства, произошел раскол. После того, как США вошли в Ирак, случилось такое свирепое столкновение шиитов с суннитами, какого не было со времен древней истории. Это уже приводит к определенным результатам. Руководители арабских государств, как известно, не единодушны в оценке разгорающейся войны в Ливане. Суннитские режимы, как правило, хотят, чтобы все быстрее закончилось. Но они боятся поддерживать “Хизбаллу”, ибо это шиитская организация… И все-таки я надеюсь, что Сирия и Иран не окажутся втянутыми в боевые действия. Повторю: гипотетически это реально лишь, если по Сирии нанесут удар. Тогда Иран не останется в стороне…
А насчет ближневосточных ограждений – они ни к чему не приведут. Нужны общепризнанные границы. Они могут возникнуть только в результате переговоров. Когда я был министром иностранных дел, а затем председателем правительства, часто контактировал с премьер-министром Израиля Биби Нетаньяху. В оценке Нетаньяху расхожусь со многими. Но твердо придерживаюсь мнения: с Биби можно конструктивно разговаривать. Я ему задал вопрос: “Вы заинтересованы в безопасности? Объявите сирийцам, что готовы оставить Галанские высоты, уйти с их территории, но при наличии ста или тысячи ifs (если). Если будет осуществлена демилитаризация, созданы наблюдательные пункты, организовано совместное патрулирование и т.д., и т.п.”. Вопрос повис, но мне показалось, что Нетаньяху можно сдвинуть с места. Сейчас, правда, не он задает тон в Израиле.
Я верю, верю: выход есть. Если четверка посредников – а это Россия, США, Евросоюз и ООН – разработает умный план компромиссного мира с обязательным учетом интересов Израиля и арабских стран. Его следует навязать конфликтующим сторонам. И они к этому, в конце концов, будут готовы, поверьте мне. Так как понимают: иначе не выживут в этом мире. ( Из интервью газете ”Известия” 1 августа 2006 года – А.З.)
Комментарий: Антисемитизм «по-примаковски». Он как бы стремится обязательно доказать, что «к ним», т. е. евреям, никакого отношения не имеет и потому такой непримиримый. Своими статьями, направленными против «мирового сионизма» и Государства Израиль, Примаков объективно способствовал разжиганию антисемитизма среди самых широких кругов населения СССР. В 1982 г. в Московском институте Востоковедения неизвестный дотоле аспирант Абу Мазен (Махмуд Аббас) защитил диссертацию на тему: «Связь между сионизмом и нацизмом в годы Второй мировой войны». А научным руководителем у него был не кто иной, как Примаков. В диссертации сделан такой вывод: евреи вступили в заговор с Гитлером для того, чтобы уничтожить европейское еврейство; евреи намеренно завысили число погибших в концлагерях; Холокост – выдумка евреев и т. д. Додумался ли сам Абу Мазен до этой темы и этих выводов? Очень сомневаюсь. Думаю, что идеи подсказал ему научный руководитель. По данным Российской еврейской энциклопедии (том 2, Биографии, издание Российской Академии естественных наук и Российско-Израильского центра, Москва, 1995 год), Е.Примаков – еврей. В предисловии к энциклопедии указано, что евреем в ней назван тот, у кого один или оба родителя – евреи. После 1991 года, когда открылись архивы ЦК КПСС, там обнаружились письма ученых, сигнализировавших о “неарийском” происхождении своего директора, “руководителя сионистской мафии в институте”. Сам Е.Примаков говорит, что по национальности он – русский, что отец его никогда не жил с семьей и он отца не знает. В данной случае речь идет о так называемом “синдроме Жириновского”, у которого, как известно, мать русская, а отец – юрист. Этот синдром хорошо известен – его возникновение обычно связано с проблемами нравственности.
